— Какие жизни? — все-таки спросил Кузьма, хотя по выражению его лица было ясно, что он уже догадался.

— Таисию, Ильяну… и Крушителя.

Тишина стала еще тяжелее. Железняк сплюнул в сторону и пробормотал что-то нецензурное на дварфском языке.

— Мерзавец знает, что бьет, — сказал он вслух. — Самые дорогие тебе существа.

— И самые ценные для его коллекции, — добавила Равенна с горечью в голосе. — Принцесса редкой расы, водяная нимфа и божественный артефакт. Трофеи, которые возвысят его статус среди местных князей.

Таисия резко встала, и стул скрипнул по каменному полу:

— Я не дам втянуть поселение в войну из-за себя. Если моя жизнь — цена мира…

— Садись! — гаркнул я с такой силой, что она вздрогнула и невольно сделала шаг назад. — Никто в моем поселении не станет разменной монетой. Никто!

Иляна тихо подала голос из своего угла:

— Ой, Здоровяк… если мне суждено вернуться в воду навсегда, я не хочу, чтобы из-за этого страдали невинные люди…

Голос её дрожал, но решимость была искренней. Моя нимфа готова была пожертвовать собой ради поселения и его жителей.

— И ты молчи! — я повернулся к ней. — Мы не торгуем жизнями. Сегодня вы, а завтра кто? Все дети нашего поселения? Или жёны? Нет. Мы никого ему не отдадим. Точка.

Варг откашлялся и подался вперед:

— Тогда что предлагаешь, Князь? Вариантов немного. Сражаться против дружины, наёмников и сумеречников Гаврилы у нас ресурсов откровенно мыло…

Он не договорил, но все понимали. Эти несколько дней наглядно показали, что без подкреплений мы обречены.

— Какой сегодня день?

— Пятница, Василий, — ответила Забава.

— Отлично! — я хлопнул ладонью по столу. — Я знаю, где найти нужных нам людей.

Все повернулись ко мне с любопытством. Я встал и подошел к карте на стене.

— Мы нанесем удар по Торжищу Невольников и освободим оттуда всех рабов. Сейчас зимнее время — каждый хочет избавиться от лишних ртов. Там должно быть полно пленников, которых можно обратить в союзников.

Варг прищурился:

— Дерзкий план. А что с охраной?

— Зима — наш союзник, — усмехнулся я. — Стражники будут мерзнуть и думать только о том, как поскорее закончить смену. К тому же никто не ожидает нападения на торжище. Всё же оно вроде как неприкасаемое. Но тяжёлые времена требуют дерзких решений.

— Представьте: сотня или даже две опытных бойцов, которых сломала судьба, превратила в товар. Люди, которые потеряли все — семьи, дома, достоинство. Что произойдет, если им дать оружие и шанс на месть тем ублюдкам, что их пленили и разрушили жизнь?

Понимание медленно разгоралось в глазах моих советников. Забава первой поняла суть: