Но пока я буду отсиживаться, Лада погибнет. А с ней исчезнут последние союзники в этой войне. После этого Гаврила обрушит на нас всю свою мощь, не отвлекаясь на других врагов.

Черт. Выбора не было. Нужно действовать. И действовать сейчас.

— Яромил! Варг! Костолом! — позвал я командиров. — Совещание. Немедленно.

Когда они собрались в моем доме, я активировал карту на столе:

— Слушайте внимательно. У нас есть одна возможность сорвать блицкриг Гаврилы. Ударить по его авангарду, пока он строит переправу. Если мы разобьем передовые силы и уничтожим мосты, основная армия застрянет на другом берегу.

Варг покачал головой:

— Князь, наши люди еще зеленые. Они не готовы к большому бою. Может, лучше закрепиться здесь? У нас же есть стены, рвы…

— И что потом? — перебил его Костолом. — Будем сидеть в осаде, пока Солнцепоклонников не вырежут под корень? А после этого Гаврила придет сюда со всеми силами и раздавит нас как орехи.

— А если это ловушка? — спросил Яромил, изучая карту. — Что если он специально показывает нам свой авангард, а основные силы уже переправились в другом месте?

— Возможно. Но у нас нет выбора. Если мы не ударим сейчас, потом будет ещё хуже.

Варг провел пальцем по карте:

— Здесь переправа. Узкое место. Если мы придем с рассветом, застанем их врасплох. Но князь… — он посмотрел на меня серьезно. — Многие из наших не вернутся. Ты это понимаешь?

— Понимаю, — мой голос прозвучал хрипло. — Но что делать? Бросить союзников? Отсидеться за стенами, пока весь мир горит? А ещё у меня перед ними обязательства, я не могу оставить союзников в беде.

Костолом стукнул кулаком по столу:

— Я не для того освободился из рабства, чтобы потом прятаться от работорговцев! Пусть лучше умру свободным, чем буду жить в страхе.

— А я не могу смотреть на Дарину и знать, что ее сын может попасть в цепи, — добавил Яромил. — Мы не имеем права их подвести.

Варг тяжело вздохнул:

— Ладно. Если решили драться — будем драться. Но тогда нужно делать все правильно. Никаких геройств, никаких лобовых атак. Быстро, жестко, результативно.

— Согласен, — кивнул я. — Нужно придумать план.

Мы склонились над картой. Обсуждая каждую деталь будущего боя.

— Решено. Через час выступаем. Только боеспособные воины. Всех остальных оставляем защищать поселение.

Начался час лихорадочной подготовки. Воины надевали доспехи, проверяли оружие, прощались с близкими.

Моя армия шла в свой первый бой. Четыреста человек, из которых больше половины еще вчера держали в руках серпы и молоты вместо мечей.

Всю ночь мы двигались форсированным маршем. Останавливались только чтобы дать передохнуть самым слабым. К третьему часу ночи вышли к реке Вихра. Широкая, бурная, она служила естественной границей между землями. Именно здесь Гаврила планировал переправить свою армию.