— Какие потери?

— Увы, без них не обошлось. На «Ведьме» убило двух матросов и ранило троих, в том числе гардемарина фон Шанца.

— Постой, это не родственник ли нашего адмирала?

— Так точно, племянник.

— Что ж, стало быть, верит в службу и созданные им корабли, если родную кровь отправил… Немедленно перенести всех раненых на борт «Рюрика». Он самый быстрый, и хирург у нас отличный. Довезем до госпиталя.

— Есть.

— Есть еще потери?

Из дальнейшего доклада выяснилось, что экипаж «Русалки» счастливо отделался парой царапин, зато в машинной команде «Осетра» обварило насмерть троих кочегаров. А вот на бронированных «константиновках» потерь не было. Хотя пара ядер в бронированный бруствер «Хвата» все-таки прилетела.

— Упокой, Господи, новопреставленных рабов твоих! — все присутствующие сняли фуражки и, за исключением лютеранина Мофета, перекрестились.

— Узнайте, остались ли у погибших родные?

— Слушаюсь!

— Как трофей?

— Толком осмотреть еще времени не было, но хорош!

— Значит, сейчас и посмотрим…

Детальное знакомство все же пришлось отложить. Сигнальщики донесли о появлении дымов на горизонте, и я решил, что пора и честь знать. Впоследствии выяснилось, что это решение, возможно, сохранило мне жизнь. Впрочем, обо всем по порядку.

Поскольку самая мощная машина была у моего флагмана, именно он взял на буксир потерявший ход «Валориус». Следом «Грета» потащила «Осетра», а оставшиеся боеспособными канонерки прикрывали наше триумфальное отступление.

Стоит ли говорить, что появление на рейде трофея вызвало настоящую бурю восторга. Палили пушки, играл оркестр, моряки и немногочисленные местные жители кричали ура и «в воздух чепчики бросали»!

Уцелевших в сражении англичан сначала заперли в трюме, а потом поспешили убрать с захваченного корабля. Мало ли что им взбредет в голову? Тела погибших, включая пост-капитана Бакла, также отправили на берег для панихиды и предания земле. Благо, среди уцелевших оказался капеллан отец Баркли. Иначе не представляю, где бы мы им искали англиканского священника.

А затем я решил, что пришло время лично осмотреть захваченный фрегат, и приказал спустить шлюпку. На нашу беду, среди довольно многочисленных спасательных средств «Рюрика» была одна, сделанная «по американскому образцу». Говорили, что она обладает совершенно замечательным ходом и изумительной поворотливостью, но случая испытать до сих пор не было. И вот ее-то князь Голицын и приказал приготовить для нас.

Разумеется, ваш покорный слуга был не единственным желающим осмотреть «Валориус». Со мной отправились адмирал Мофет, оба моих адъютанта, то есть Платон Лисянский и сам князь Евгений Голицын, а также флаг-офицер Федор Юшков. В общем, компания подобралась немаленькая, а в придачу к ним гребцы и командовавший шлюпкой унтер.