— Чичас, Семен Васильевич, — начал отвечать матрос, но застыл как громом пораженный.

Из маленького закутка рядом с машиной на него смотрел ствол револьвера. Держал оружие совсем молодой человек, можно сказать, мальчик. Довольно стройный, скорее даже худощавый, с тонкими аристократическими чертами лица и длинными вьющимися волосами каштанового цвета, он с ужасом взирал на насквозь промокшего русского и пытался спустить курок.

— Ты это, барчук, брось игрушку! — искренне посоветовал ему Воробьев.

— Мерде, — выдавил из себя незнакомец, у которого никак не получалось выстрелить.

Русский матрос, разумеется, не знал по-французски ни слова. Да и не очень интересовался смыслом сказанного ему. И так понятно, что ничего хорошего. Поэтому, как только понял, что стрелять тот не станет, коротко, без замаха ударил француза под ложечку, а когда он упал, отобрал револьвер и разбил рукоятью мальчишке голову. После чего тщательно вытер свой трофей от крови.

— Это вам, ваше благородие! — преподнёс он его Тыртову, при возвращении на канонерку.

— Ух ты, Лефоше! — обрадовался гардемарин. — Ты где его взял?

— Так в трюме бота валялся. Хозяина поди убило, вот он его и обронил.

— Ну, спасибо, братец!

— Не за что, Сергей Петрович. Нам, наоборот, очень приятственно вам подарок сделать! От всей, так сказать, души!

— Вот ферт! — восхищенно воскликнул кто-то из молодых матросов, наблюдая за Воробьевым.

— А тебе, дурню, кто мешал отличиться? — усмехнулся в густые бакенбарды Ермаков. — Чем зенки пялить, лучше бы пушку чистил.

— Так ее ж разбило? — широко распахнул наивные глаза моряк.

— И что теперь чистить не надо⁈ — вызверился на бестолкового подчиненного квартирмейстер.

Дождавшись ночи, русские моряки сумели ускользнуть из ловушки, таща за собой на буксире захваченный паровик. Узнав о проявленной экипажем «Балагура» лихости, государь лично распорядился наградить князя Вадбольского орденом Святого Георгия, а принявшего после его ранения команду гардемарина Тыртова произвести в чин мичмана и пожаловал «Клюквой». Так на офицерском жаргоне именовался темляк ордена Святой Анны — первая боевая награда офицера.

Не остался без награды и Воробьев, получивший по ходатайству Сережи Тыртова крест. Еще пять по традиции нижние чины распределили между собой жребием. Кроме того, попавший в госпиталь Вадбольский на прощание распорядился выдать каждому строевому матросу и кочегару по рублю из своих личных средств.

[1] Георгиевские кавалеры освобождались от телесных наказаний.

[2] Стройников С. М. — командир фрегата «Рафаил», сдавшийся туркам.