«Послать парламентеров, чтобы выгадать время?» — мелькнула в голове генерала малодушная мысль. — «Или попытаться уйти, заново проделав марш вокруг Севастополя и дальше в сторону Качи и Евпатории?»

Главным «виновником» столь катастрофического для Боске развития событий оказался полковник Хрущов и его Волынский полк. Любой другой офицер на его месте, получив приказ защищать Балаклаву и захваченные вместе с ней склады, не стал бы даже думать о ходе сражения, сосредоточившись на выполнении поставленной ему задачи.

Но Александр Петрович принадлежал к не слишком многочисленной категории военных, умеющих не только выполнять поручения начальства, но и проявлять разумную инициативу. За это их не слишком ценят в мирное время, но не могут обойтись без них в военное. Оставшись в Балаклаве старшим воинским начальником, он не только немедленно принял все необходимые меры для обороны, но и разослал в разные стороны разведчиков, в результате чего выяснилось, что никаких сколько-нибудь значимых сил у противника в этом районе нет!

— Извольте видеть, господин полковник, — докладывал ему выслужившийся из рядовых прапорщик Волков. — По Семякиным высотам стоят ровным счетом пять редутов. Первый, ежели считать к северо-западу от деревни Камара, с тремя крепостными пушками, следующий с двумя орудиями, в третьем и в четвертом тоже по три орудия на каждом.

— А что в пятом?

— В том то и дело, что там и вовсе ничего нет, только обломки всякие, да ямища на полдвора. Не иначе там погреб был, который наши артиллеристы и подорвали!

— Что ж, вполне вероятно. А каковы гарнизоны этих редутов?

— Турки! — презрительно отозвался прапорщик, выразив этим полное пренебрежение к противнику. — Караулов толком нет, аскеры забились в уголке и костры жгут, чтобы, значит, согреться. Пятый так и вовсе пустой. Видать не было у ни сил, ни времени на починку…

— И пушки развернуты на север?

— Точно так-с!

— А что у британцев?

— Да то же самое, только лучше. С востока перед Кадыкоем редут в форме ромба с шестью пушками. Насыпь, правда, невысокая, да и ров курице по колено, зато закрыт со всех сторон и на арапа его не взять.

— Выходит, хорошо укрепились?

— Будь у нас такие на Альме, до сих пор бы там стояли! — рубанул с плеча прапорщик, но тут же прикусил язык, сообразив, что сболтнул лишнего.

— Что дальше? — невозмутимо продолжил Хрущов и сам не слишком жаловавший бывшего главнокомандующего.

— Вот здесь ближе к Балаклаве, — облегченно вздохнув, продолжил Волков. — Две батареи. Точнее одна, потому как у второй только вал есть, а пушек, значится, нету!