Время замедлилось, а потом и вовсе остановилось.

Противостоя действию моей магии, Горн рванулся вперёд с оружием наготове. К своей жертве. К нашей победе.

Я сжала у груди руки, чувствуя, как спазм сдавливает горло, и в то же самое мгновение храм, люди, всё, что меня окружало, померкло, растеряло краски. Больше не было радужных переливов, окутывающих новобрачных. Не блестели золотые перевязи на мундирах солдат. Не искрились камни в ушах шейл и шиари.

Всё стало серым, уродливым, блеклым.

А Рейдмар почти подобрался к генералу-протектору.

Почти всё сделал…

Ещё один спазм, и к горлу подкатила невыносимая тошнота. Я прижала ко рту руку, содрогнулась всем телом и слишком поздно осознала, что хроновая магия меня оставила. Время, замедлившись, остановившись, снова вернулось к своему привычному ритму.

Обычные люди ничего не заметили и не ощутили, а вот чаровики…

Несколько мгновений непонимания, замешательства сменились криками и паникой.

— Хроновик! — прогремело под сводами храма, и толпа взорвалась оглушительными голосами.

Я потеряла из виду Горна. Вообще перестала видеть, различать лица. Море из людей пришло в движение, как будто охваченное штормом, и меня отбросило назад. Или вперёд…

Всё сложнее было понять, что происходит. Чем всё закончилось и закончилось ли вообще. Успел ли Рейдмар или… Или его схватили? Духи, а вдруг убили⁈

Словно в унисон с моими мыслями в то самое мгновение прогремел выстрел. Жуткий, пронзительный. К сводам взвились крики десятков, сотен голосов, и очередная штормовая волна толкнула меня к колоннам.

Выстрел повторился, а может, это у меня в ушах уже громыхало. И эхом ему вторило: «Лайра! Лайра!». Очень хотелось поверить, что это голос Вейнанда. Что он действительно зовёт меня, и вот сейчас я его увижу. Он протянет мне руку, выхватит из этого ужасающего водоворота, и всё закончится.

Наконец-то всё закончится.

Сама не поняла, как оказалась на ступенях. Кто-то поддержал меня, не давая по ним покатиться, быть затоптанной множеством ног, но это было не Эскорн. Незнакомый мужчина, лицо которого тут же растворилось в мареве других лиц, и дальше уже я двигалась почти на ощупь, не чувствуя собственного тела. Лишь ядовитое пламя где-то под сердцем. Он жгло, жалило, отравляло. Заставляло задыхаться, толкало к беспамятству.

В него и сорвалась, едва ощутив спиной неожиданную, такую желанную опору. Обессиленная, сползла на холодному камню дома, но прежде чем окончательно утратить связь с реальностью, увидела, как меня обступают тени в чёрных одеяниях. Духи? Джары? Грудь каждого неведомого созданиями рассекал золотой луч солнца. Оно меня и ослепило.