А ещё могли стоить мне рассудка.
Он снова усмехнулся, но на этот раз отчего-то грустно. А потом сказал, так тихо, что я едва разобрала его слова:
— Ты же понимаешь, что ревновать не имеешь права?
— Я…
Осеклась, потому что не знала, что сказать. Потому что он был прав. Сейчас как никогда. Вместо того чтобы злиться на него, мне следовало отхлестать по щекам себя. За то, что вмешалась, прервала общение возможной будущей пары.
Приревновала.
— Ты выбрала своё наследие, Лайра, — каждое его слово отзывалось внутри полынной горечью. — Ты цеплялась за него все эти годы, словно без магии для тебя не было жизни. Мне сложно это понять — передо мной никогда не лежало подобного выбора. Но я его принял. Потому что был вынужден. — Он замолчал, на несколько коротких секунд, несколько ударов сердца, вызывавших в груди болезненное жжение, а после добавил, отступая: — На прошлых выходных я ездил домой, в Девериш. Хотел побыть с семьёй. И отвезти обручальное колечко. Фамильную драгоценность, которая после ночи Чароденья стала для меня бесполезной. Доброй ночи, шиари Ноэро.
Глава 9
Несмотря на пожелания Эскорна, доброй эта ночь не стала. Я почти не сомкнула глаз, снова и снова вспоминала о его словах. Представляла, как сложится моя жизнь дальше, но будущее казалось таким зыбким и туманным, что представить толком ничего не получалось.
Зато неплохо получалось рисовать в мыслях Вейнанда женатым мужчиной. Не на мне, понятное дело, а на той рыжеволосой пигалице. Так и видела его счастливым семьянином с кучей маленьких Вейнандов и прелестнейших Катрин. Точнее, Констанс, но вообще — какая разница? Было больно думать о нём и о Констанс, о нём и о Катрине, а также о любой другой девице. Настолько больно, что становилось страшно. Страшно от одной лишь мысли, что я могла так сильно вляпаться… Ну то есть влюбиться.
И ведь ничто не предвещало беды. Он мне поначалу совершенно не нравился…
Впрочем, ничто не предвещало и моей учёбы в академии, равно как и дара хроновика, оказавшегося для меня одновременно и подарком, и тяжким бременем.
Мучимая сумбурными мыслями, воспоминаниями, картинами ещё не наступившего будущего, я провертелась в кровати до самого рассвета. Потом незаметно всё же уснула и таки продрыхла до полудня. Вполне возможно, что спала бы и дальше, если бы не служанка. Тее пришлось меня разбудить, чтобы сообщить о пикнике, устроенном в саду императрицей.
— Её величество желает вас видеть, — распахивая шторы, заявила служанка.
Я зажмурилась от яркого солнечного света, заструившегося в окна. Может, здесь и солнце зачарованное? Вроде зима ещё не закончилась, а светит так, словно в разгаре лето.