Честно говоря, я завис от такого вопроса, не зная как ответить.

— Дочка, — обратилась к СунОк мама, — зачем ты так? Разве быть хорошей женой и матерью — это плохо? Дети — это ведь такая радость!

— Я была уверена, что в моей жизни будет что-то ещё… кроме замужества… — опустив глаза в чашку и помолчав, негромко ответила онни, — и потом, я старшая. Это я должна помогать Юне, а не наоборот!

— Дочка, мы все — семья, — мягко, увещевающе, произнесла мама, — мы все должны помогать и поддерживать друг друга. Что в этом плохого?

— Ничего, — согласилась с мамой СунОк, — но раз всё так, как есть, то я тогда прошу свою младшую сестру. Пусть она постарается и найдёт мне хорошего мужа. Может, это действительно сделает меня счастливой.

— Ты обещаешь постараться? — подняв взор, и пристально глядя мне в глаза, обратилась ко мне онни.

Я, пребывая в растерянности от неожиданных и странных поворотов разговора, озадаченно кивнул в ответ, так и не поняв, как же всё-таки соотносится её просьба с предупреждением о том, что говорить о гадании нельзя?

Короче говоря, как выяснилось из разговора чуть позже, мама и онни вчера вечером рванули к местной гадалке, и та нагадала СунОк простую жизнь и судьбу. И вот онни с этого пребывает в подавленном настроении. А ещё ей нагадали, что мужа помогу найти ей я.

Почему бы и нет? — подумал я после, не спеша обдумав это, — когда я стану известным, появятся всякие связи, знакомства со знаменитостями. Вполне возможно, что среди них и найдётся подходящая партия для СунОк. Хотя, творческие личности — это не те люди, с которыми следует создавать семью. Всё у них на изломе, на надрыве. А как душевный кризис — так запой. И женщин вокруг них много вьётся. Соблазнов слишком много. СунОк такое не нужно. Ей нужен другой мужчина. Пусть скучноватый, но стабильный. Банкир, там, или хирург, какой-нибудь… Тоже неплохо зарабатывают… В общем, нужно будет взять этот вопрос на контроль, всё обдумав, решил я.

— А мне что-нибудь нагадали? — полюбопытствовал я у СунОк.

— Но ты ведь не ездила, — чуть замешкавшись и быстро переглянувшись с мамой, ответила онни, — гадать нужно, когда ты сама едешь к мудан. Тебе ничего не гадали.

— Понятно, — кивнул я, подумав о том, что шаманка — это ещё одна личность после гипнотизёра, с которой мне встречаться не следует. Чёрт его знает, чего она там увидит и нагадает? Хоть шарлатанов полно, но говорят, бывают и настоящие медиумы. Дело тёмное. Оно мне надо? Однозначно — нет! Я сам себе предсказатель!

Завтрак был сложным, а потом, только я решил начать собираться на работу, к нам припёрлась ругаться аджума, которая вчера учила внучка уничтожать кошек. Оказывается, она местная и знает маму ЮнМи. Это был эпический скандал! Сначала мама вроде бы придерживалась рамок, но потом увлеклась и, ничуть не смущаясь, взялась прессовать скандальную тётку. В качестве аргументов, что такую замечательную и трудолюбивую девочку как ЮнМи ещё поискать нужно, были предъявлены принесённые онни два моих золотых сертификата — по японскому и английскому. Аджуму это сильно подкосило. Крыть такое ей было нечем. Она было попыталась развить тему неуважения к старшим, на что быстро получила ответ, что у меня настолько доброе сердце, что даже кошку (даже кошку! Подумать только!) я жалею. Точку в споре поставил котёнок. Неожиданно выбежав вперёд, он встал перед мамой, ощетинился, задрал хвост и, выгнув спину, зашипел. Тётка-агрессор после этого слиняла в момент, а котёнок, совершив нападение, боком и скачками помчался прятаться за меня.