ХёБин, не вставая, кланяется.

— Это хорошо, что небо тебя слышит, — кивает Му Ран, — ладно, внученька, иди, отдохни, а ещё тут немножко посижу.

— Долго не сиди, — говорит, вставая с диванчика ХёБин, — у тебя вчера давление повышалось. Лучше ляг спать и хорошенько отдохни.

Ещё раз кивнув, ХёБин уходит. Оставшись одна, бабушка задумывается, подперев голову руками, поставленными на стол. Потом ещё раз перечитывает заключение, сделанное известным музыковедом на марш ЮнМи. Снова задумывается, вздыхает и берёт трубку местного телефона.

— СанУ, ты ещё не ушёл? — спрашивает она в неё, дождавшись соединения. — Зайди тогда ко мне перед тем, как поедешь домой…

* * *

— Будет нехорошо, если вдруг её признают воровкой и имена моего внука и внучки станут произносить вместе с её именем, — объясняет проблему начальнику охраны бабушка, — поэтому, СанУ, я прошу тебя заняться этим делом. ХёБин им уже занимается, но я хочу, чтобы ты тоже за ним проследил. Она будет делать всё официально, а ты разузнай, что там к чему по другим каналам. Действительно ли у девочки так плохо с головой или за этим есть что-то ещё? И да, сделай так, чтобы эта история нигде не всплывала. Хочу, чтобы о ней не трезвонили в СМИ. Без огласки. Лучше, чтобы о ней сразу все забыли. Даже компьютеры.

— Да, госпожа, — почтительно кланяется СанУ, — я посмотрю, что можно сделать и приложу максимум усилий. Но на последнее, о чём вы сказали, потребуется немало денег, госпожа.

— Я дам их тебе, — говорит Му Ран, — чистое имя и репутация стоят дорого…

Время действия: вечер этого же дня.

Место действия: дом мамы ЮнМи.

— А я ведь тебе говорила — не связывайся с богатыми! — кричит на меня СунОк. — Говорила⁈

— Говорила, — не отрицаю я.

— Видишь, что получилось из-за твоего упрямства⁈

Я молча киваю, да, мол, вижу. Я только что рассказал маме и онни о моём сегодняшнем разговоре с ЮЧжин. Естественно, не назвав её. Мало ли, что СунОк в голову взбредёт?

— Кто она такая? — требует онни, довольная моей покорностью, — скажи мне, кто она и откуда и я с ней разберусь!

— Забудь, — качая головой, делаю я отрицательный жест правой рукою.

— Что значит — «забудь»⁈ — не понимает СунОк. — Таких людей нужно наказывать за такие поступки!

— Это не твой уровень.

— Думаешь, я не справлюсь⁈

— Она вхожа в дома чёболей. Может, она сама из такой же семьи. Что ты ей сделаешь? Побьёшь? Сама тогда в тюрьму сядешь.

— Я пойду и расскажу всем, — говорит СунОк, — расскажу полиции и журналистам! И она поплатится!

— Ничего она не поплатится. Доказательств нет, и тебя привлекут за клевету. Оставь. Она вообще сейчас уезжает из страны. Сказала, учиться поедет. Я потом сама с ней разберусь. Стану звездой и разберусь.