— Ты написала черновик?
— Да. Пойдём, попробуешь переписать всё на чистовик и завтра отправлю Сергея Фомича в имение Ахшарумовых.
— Ты встречалась с ним?
— И так, можно сказать. В начале лета я проверяла всходы картофеля, а он верхом проезжал мимо, полем, что раскинулось недалеко, в окружении гостей: прекрасных дам и соседей — кавалеров. Просто кавалькада, знаешь, как в историческом фильме.
— И?
— Его приветствие было вежливым, но не лишено снисходительной иронии и сарказма. Интересный мужчина. Но как сказала бабушка «не чета нам князьям Соколинским». Выше голову Оленька, мы обязательно прорвёмся. Господи, как красиво у тебя получается.
Она явно уходила от ответа.
«— бесприданница, это, наверное, как страшное и очень позорное клеймо в это время. Как Приговор»…
Глава 10
В тишине осеннего леса, пожелтевшие листья медленно и как-то по-особенному нежно падали на землю. Создавая ковёр из влажной, золотистой и багровой листвы, они будто выполняли неизбежное, предначертанное свыше: природа в единении с осенью готовилась ко сну. Солнце, как уже сейчас оно было желанно!
По мере того как дни всё сильнее становились короче, и утренняя прохлада ощущалась более сильно, лес начинал терять свой золотой оттенок. Небо, кажется, всё чаще становилось серым и тусклым, словно подстраиваясь под общее настроение. По мере того как осенний ветер шептал свои печальные песни, леса постепенно лишались роскошного золотого убранства.
Проглядывая сквозь остатки листвы на деревьях, чернота оголённых ветвей становилась всё более заметной. Казалось, будто природа, находясь в процессе преображения, старалась спрятать свою красоту, чтобы вызвать отклик и понимание у тех, кто находился с ней в постоянном взаимодействии. Она хотела передать своё состояние всему человечеству, чтобы оно тоже могло почувствовать находящуюся в ней тоску и тленность.
И только молодая поросль маленькой дубовой рощицы, что, народившись около пяти лет назад на холме и старательно тянувшись к солнцу, была до сих пор покрыта золотыми красками осени — остатками её благородной красоты.
Он оставался не замеченным уже большое множество раз.
Благородный, государственный советник и просто уверенный и успешный во всем мужчина — Ахшарумов Сергей Дмитриевич, именно таким он себя видел в зеркало ежедневно. Как бродяга, подглядывающий за своими соседями, скитающийся под предлогом целительных длительных прогулок по лесу. Таким он себя осознавал сейчас.
Он прекрасно отдавал себе отчёт, что подглядывает. Но старательно пытался скрыть этот факт от всех окружающих. Со стороны казалось, что богатый барин, достигнув конца своих угодий, собирается возвращаться в усадьбу. Вернее, ему очень хотелось, чтобы так казалось. И к концу своего путешествия он и сам в то будто верил.