Не буду описывать все прелести принятия водных процедур в удивительной финской бочке, в которую я забралась по лесенке с помощью, ошарашенной Жданки. Дверца в неё открывалась сбоку, внутри была лавочка. Всё закрывалось герметично, поступала удивительно тёплая расслабляющая вода, что доходила ровно до плеч, она менялась несколько раз. Промывая волосы, могла вовсе утонуть в ней; и я уже была не я в тот момент, когда, выпив тёплого бульона с сухариками, засыпала под мерное сопение дочери в чистой постели.
— У нас здесь всё по старинке дорогая, мы заменили только текстиль, пристегните себя и дочь к кровати на случай качки, я задёрну полог. Как удивительно быстро высохли у вас волосы. Ну всё спать, спать.
Она ещё что-то делала и шептала, раскладывала и показывала отдельную комнату для камеристки Жданке.
Я услышала удивительный шум внутри этого пузатого корабля.
о — … мотор? Этого просто не может бытьп.
о — … неужели, мужчина, который приехал решать мою судьбу, зря проделал столь длинный путь? Да бог с ним, с мужемп.
о — … неужели? Та самая телега, что везла куда-то очень далеко пряники, оборонила и на нашей улице несколькоп?
Глава 25
Она просто тихо сидела на полке в ворохе одеял и простыней из прекрасного качественного светлого шёлка. Полка, служившая нам кроватью с двух сторон, была защищена шкафами со всякой полезной всячиной. Жаккардовый полог отделял это уютное гнёздышко от всего мира.
Покачивание.
Лёгкое.
Удивительные ощущения. Звуки моря в унисон с жизнью большого судна ложились единым будто музыкальным фоном.
Сколько по времени интересно она смотрит, как я сплю? Не сводит глаз. На удивление не будит и не шумит, давая выспаться. Наблюдает изучая. Я чувствовала её пальчик на своём лице, она будто рисовала меня, обводя контуры его овала, губ и глаз. Играла с волосами. Глаза медленно открылись, и сонная улыбка скользнула по губам:
— Привет.
Я встретилась с дочерью взглядом. Молчала, наслаждаясь её присутствием, мягкими лучами солнца, проникающими сквозь полог.
Что-то незримо изменилось в ней. Не могла понять, почему мелькнула эта мысль. Она жадно впитывала каждую деталь, каждую вещь вокруг и каждый цвет, запоминая всё, что видела. И всё же мне казалось, что она испытывает удовлетворение, находясь на судне. Будто человек, который когда-то находил это состояние прекрасным. Состояние плывущего под парусом и отданного во власть стихии.
— Ты проснулась?
Она кивнула в согласии и улыбнулась. От неё исходила удивительная аура, она обладала бесценным даром видеть красоту в простых вещах, которые взрослые часто игнорируют, забывая восхищаться каждому прожитому дню.