Моё дыхание выровнялось, переведя взгляд в темноту улицы, я увидела вдали огонёк, еле различимый. Он не гас. Долго. Рождая надежду.
— Вот видишь, Оленька, нас услышали. Осталось продержаться совсем немного.
Её ладонь нашла мою.
— Какова бы ни была правда о тебе, душа моя. А я видела обручальное кольцо на портрете. Ты моя внучка, протестантка ли, православная, главное ты моя кровь и плоть. Та, что изменила всё своим появлением. Прости Ц приездом.
Её губы коснулись моего виска.
— Бабушка, проведите сегодня ночь в моей спальне. Пожалуйста.
— А что твой Хан? Забыл свою хозяйку.
— Так, он от Аннушки не отходит, в няньках он у нас сейчас. А ребёнок словно Маугли растёт, получая воспитание от животного.
— Кто такой Маугли, ты не рассказывала.
— Так, давайте сегодня спать вместе, у меня кровать для великана и его жены. Я вам одеяло отдам самое лучшее и про Маугли расскажу историю. Дашу позовём и Сашу с Настенькой.
Глава 23
Монахиня Евфимия, она появилась у нас внезапно.
* * *
Буквально через сутки после описанных выше событий, в часы раннего утра, когда солнечные лучи ещё только пробивались сквозь покрывало ночи, бабушка Александра с вдовствующей княгиней Анастасией Владимировной выехали в личном экипаже купца Александрова. Их путь на Смоленское православное кладбище предполагал практически пересечение всего города. Они не спешили, но и пищу для очередных пересудов давать не собирались. Все мы чувствовали, что кольцо вокруг нас сжимается.
Лица женщин были, будто замкнуты в строгости и небывалой сдержанности; заканчивалась первая неделя Великого поста, что принесла нам только одни переживания.
Тёмные одеяния и причудливо выбитые узоры на их одинаковых тёплых палантинах, покрывающих головы, придавали им загадочность. Они проходили мимо, словно пропуская через себя тонкое зеркало времени. Их взгляды были наполнены какой-то недосягаемой грустью, словно несли на себе тяжесть всего мира. Шаги и шелест плотных юбок затихали на первом этаже.
Мы не принимали гостей, удивляясь про себя, как могут быть навязчивы люди в своих желаниях узнать побольше новостей с тем, чтобы преподнести их кому-либо на свой лад.
Дарья Алексеевна, напряжено, раздумывая над всей этой ситуацией, вежливо составляла отказы.
— Графиня Головина, а вот и господин Ахшарумов Сергей Дмитриевич объявился.
Её пальчики перебирали листы с обращениями.
— Господин посол, прислал что-то удивительное, говорят во дворе его здания, за ночь скапливается столько мусора, что присылают несколько дворников, дабы вывезти всё это за одно только утро.