о — началось, кто-то подобрался очень близко, нужно действительно уезжатьп.
Лампадка, она давала неяркий свет.
— Как Анечка, нянюшка?
— На удивление спокойный ребёнок, миледи. Покушали недавно, сменили мокрые пелёнки. Спит девонька наша. А вы что-то сегодня рано проснулись.
— Тревожно на душе. Сны покоя не дают.
— Так молитесь, ваше сиятельство, принесите Богородице душу на покаяние, ведь никакие более слова не могут дать покой, только искренняя молитва. В ней таится истинная вера в то, что Господь услышит смиренные просьбы и подарит долгожданный утешительный ответ.
Слушала женщину и лик, что сама подправляла кистью ещё недавно, стоял перед глазами, а ещё решение возникало в сознании о переезде.
Глава 18
Долгие годы среди монахов жила легенда о том, что под именем старца Паисия, в Молдавии скрывался сам царь Пётр Великий. Согласно потаённой версии, он отказался от российского престола, разочаровавшись в миру, принял правитель схиму, став избранным и уважаемым игуменом братии. Тяжесть усталости и раскаяния он нёс в душе до последних своих дней, вселяя надежду и веру, отдав последние годы своей жизни служению богу.
Монастырский фольклор Ц особая стихия их жизни, не спорю. Я увлекалась порой рассказами бабушки и матушки игуменьи.
Но сегодня я привезла ей в дар икону. Этот вид искусства монастыри почитали не менее чем свои внутренние легенды.
— Досточтимая матушка примите в дар от нашей семьи.
Мой поклон был глубоким и искренним ведь одна из версий Владимирской иконы Божией Матери, лежавшая на столе за моей спиной, почиталась многими.
— Вам глянулась она, я видела. Когда вы юную княжну крестили.
— Не спорю, дочь моя, глаз не могла отвести. Искусная работа и чудотворная будто икона, восстановленная, она вновь перенесла момент явления для взора страждущих. Особое то крещение было, знаковое.
— О чём вы матушка?
— Умолчу я, пусть всё идёт своим чередом. Возьму лик Богородицы в умилении на сохранение, а, возможно, и в дар. Как Господу нашему будет угодно. Монахини силу ей придадут своими молитвами. Благодарствую.
Я была уверена, что поступаю правильно. Везти с собой или оставить в доме всё едино Ц риск большой. А так в монастыре, как говорится, за семью печатями она более будет в сохранности. Как и то, что спрятано в ней.
— Даша, я не могу так поступить с отцом Анастасии Владимировны, привезти к нему в дом мину замедленного действия. Без его на то разрешения это верх непорядочности. Я не могу втягивать его в это дело; поверь, это не его история. И в доме, в Муроме, оставлять всё это опасно. Сдаётся мне, не зря спрашивал советник Ахшарумов про библиотеку.