Аристократическая элита и, конечно же, богатое купеческое общество, их экипажи и крепостные. Как же описать всё это собрание, их нарядные одежды, сияние драгоценностей, переливы жемчуга, парчи и бархата. Лёгкий ветерок с реки и солнечные зимние лучи играли мехами соболя, норки и лис на шубах дам.

В другое время я бы засев в экипаже срисовывала бы всё это с натуры, так сказать. И главное, ловила бы выражение лиц многих индивидуумов этих сливок местного общества. Я хотела бы зафиксировать каждую мельчайшую деталь Ц манеру движений, блеск в глазах, откровенное или скрытое негодование, гордость и пренебрежение, властность и сластолюбие, застывшие на лицах.

Слышны были голоса разряженной купеческой знати. Настя, она была бледна и очень взволнована. Я готовилась к этому моменту усердной работой мысли, да я использовала эту девушку, её ребёнка и всю ситуацию в целом. Я использовала чувства людей, что окружали меня. Но клянусь, что во благо… во истину клянусь!

— Анастасия Владимировна, княгиня, отставить это состояние. Обмороки Ч это моя роль, придумайте себе другую. И тоже очень эффектную. Например, гордой неприступной красавицы, вы видели, как к лицу вам этот наряд? Тренируйте на мне взгляд, вы должны уметь им заморозить говорившего, так чтобы слова и яд вернулись и травили его изнутри.

Настя в шоке перекрестилась.

— Миледи, я пытаюсь успокоиться, правда. Но…

— Они поймут, что ошиблись. Не переживайте, Анастасия Владимировна. Мы не оставим вас наедине с ними ни на секунду.

Голос Дарьи Алексеевны действовал на нас просто как лечебный бальзам.

— Мы, несломленные князья Соколинские, и с этим придётся считаться всем, — я сняла невидимую пылинку с чёрного бархата верхней тёплой одежды, поправила широкие, практически до локтя манжеты из чернобурки. Бедная шуба княгини — бабушки, от неё нам всем досталось по отрезу. Зато как стильно мы выглядели сегодня. Богато и со вкусом.

— Все будут считаться с вашим Ханом, миледи. Где вы его оставите, как он перенесёт такое скопище народа?

— Он всё понимает и будет ждать во дворе с охраной. У него удивительный слух, стоит только позвать мне его. Вы же сами видели, как он спешит из кухни на мой голос; когда мне скучно я зову его из своих покоев.

— Вы здесь венчались с супругом Анастасия Владимировна?

— Да княжна Дарья Алексеевна.

— Помните об этом. Всегда. Князь Николай, он рядом. И да поможет нам Господь.

Я опустила вуаль шляпки на лицо.

* * *

Нелегко было пройти сквозь пёстрое море взглядов и шёпот светского, купеческого и просто общества людского, которое, казалось, рассуждало сегодня лишь о нас. В морозном воздухе витали застывшие перешёптывания и наши имена, а также связанные с ними происшествия, которые уже стали историей пятилетней давности. Наш траур не давал никому покоя.