— Задержитесь, Андрей Егорович.

Веретенников удивился, но перечить не стал. Вернулся в кресло и вопросительно взглянул на Тенишева. Вроде бы, основные моменты были обговорены, чертежи раскритикованы в пух и прах. Нужно бежать переделывать конструкцию и расчеты, и непременно вместе с Варей. Она девушка увлекающаяся, и может в азарте упустить важные моменты.

Князь не стал тянуть, но тема, которую он поднял, была, по меньшей мере, удивительна.

— Скажите, Андрей Егорович, — начал он после небольшой паузы, — как вы относитесь к Варваре?

Сказал и впился взглядом в молодого человека, ловя малейшие оттенки эмоций. А ловить было что. Андрей внезапно для себя самого поперхнулся незнамо чем и закашлялся. Запаниковал, запунцовел, понимая, что все нюансы этикета сейчас пошли лесом.

Князь на это лишь усмехнулся. Достал из шкафчика бутылку сельтерской воды, налил полстакана и пододвинул к инженеру. Тот смог поблагодарить лишь кивком. Уловив паузу меж приступами кашля, отпил глоток, потом еще один и, наконец, смог унять разбушевавшийся организм. Закрепил успех еще несколькими глотками сельтерской, утёр платком выступившие на глазах слёзы и, наконец, вернул дар речи.

— Спасибо, ваше сиятельство. Ваш вопрос был настолько неожиданным, что я…

— Полноте, Андрей Егорович, со всеми порой случается. Но всё же извольте ответить.

— Сейчас это довольно сложно, — признался Андрей. — До недавнего времени я числил Варвару Владимировну другом, несмотря на её пол. И, конечно, отношения наши с обеих сторон не выходили за рамки дружеских. Нас объединяла, в первую очередь, неудержимая тяга к полётам и, конечно, идея постройки моторного планера. Разумеется, я попытался бы реализовать её самостоятельно, но Варя предложила заручиться вашей поддержкой. По крайней мере, попробовать это сделать. И приехал я в первую очередь ради нашего с ней проекта.

Веретенников замолчал, мучительно подбирая слова.

— Ну что же вы остановились? — подбодрил его князь. — Продолжайте. Вы ведь явно не всё сказали.

Андрей, не успев принять решение, мысленно махнул рукой на все приличия и, очертя голову, выдал:

— Сегодня, перед самым обедом, я увидел Варвару Владимировну в совершенно неожиданном для себя образе. Никогда прежде я не встречал ничего подобного. И сейчас не могу в точности сказать, что испытываю по отношению к вашей дочери. Просто не успел еще разобраться в этой буре новых, незнакомых прежде чувств и ощущений. Но если вы имеете в виду мои возможные планы относительно неё, то можете быть спокойны: я прекрасно понимаю всю глубину пропасти меж нами. И сословную разницу, и финансовую. Я не смогу достойным образом содержать Варю на свои нынешние мизерные доходы.