— Давай, за новую эпоху в воздухоплавании.

И первым опустошил свой стакан.

Андрей пригубил коньяк, отметил про себя качество и решил уточнить:

— Вы действительно считаете, что началась новая эпоха?

— Разумеется. Видимо, пришло время. Такие идеи приходят в головы инженеров сразу во многих странах. И начинается тайная гонка: кто успеет быстрее других, кто застолбит за собой первенство. Вот и мы… почти успели. В каком состоянии самолёт?

— Полностью разрушен. Уцелело одно крыло, паровик и металлические детали. Всё остальное нужно делать заново. С учётом приобретенного опыта работа займёт минимум две недели. Если помощников будет больше, можно разделить процессы и, к примеру, строить в ангаре корпус и одновременно в мастерской крыло. Тогда возможно успеть за неделю.

— Что ж, это хорошо. Возьмешься руководить работами? Людей я дам столько, сколько понадобится. Нужно как можно быстрее восстановить аппарат и провести демонстрационный полёт на публику в присутствии прессы и официальных лиц.

— Возьмусь, — твёрдо ответил Андрей.

— Вот и хорошо, кивнул Тенишев. — У тебя ведь есть список доработок по результатам первого полёта?

— Конечно.

— Сразу вноси в конструкцию все необходимые изменения, если они не требуют больших затрат времени. И начинай писать наставления по управлению самолётом.

Князь в упор посмотрел на инженера:

— Именно самолётом, и никак иначе. Поле, на котором проводились испытания будет зваться аэродром, подготовленная для взлёта и посадки полоса — сам понимаешь, взлётная. Чуть позже и другие вещи назовём нормальными терминами. Сразу все названия пропишем, чтобы язык не ломать, как с английскими парусами. Это лишь спьяну можно было такое придумать: фор-бом-брам-стаксель! Язык сломаешь. Тьфу!

Тенишев плеснул в свой стакан коньяка, звякнул о стакан Андрея и выпил. Взгляд его начал мутнеть.

— Ну всё, иди, — велел он.

И видя, что молодой человек не трогается с места, недовольно спросил:

— Что ещё у тебя?

Вместо ответа Андрей поставил на стол чёрную круглую металлическую коробочку, рядом с ней ещё две.

— Что это? — напрягся князь.

— Фотографические кассеты. Выделенные вами помощники поймали в ангаре одного типа. Он компактной камерой фотографировал чертежи планера, то есть, простите, самолёта. Я вынул одну кассету из его фотокамеры, и ещё две были найдены при обыске. Пустую камеру вернули владельцу и отправили восвояси, только сперва я его запечатлел. А потом…

— Не мнись, как институтка, говори прямо.

— Парни того типа немного… упали на лестнице. Раз этак пять.

Тенишев хищно усмехнулся: