— Нет уж, говорите здесь, — велел князь. — Пусть девушка будет полностью в курсе своего состояния.

Перечить его светлости дураков не бывает. Доктор был умным человеком. Он снял пенсне, протёр стёкла большим носовым платком и вернул всё на место: пенсне — на нос, платок — в карман.

— В принципе, ничего смертельного. В смысле, угрозы для жизни нет, — важно произнёс он. — Конечно, имеется довольно сильное сотрясение мозга и, по всей вероятности, сломаны два нижних ребра с правой стороны. В остальном Варваре Владимировне повезло: никаких внешних повреждений. Специального лечения в её случае не требуется. Всё, что нужно — это покой. Крайне желателен постельный режим в течении минимум недели, а лучше — двух. Срок заживления перелома — примерно шесть недель. В течении этого времени нельзя допускать физических нагрузок, по возможности избегать тряски, например, при поездках в мобиле. И, конечно, требуется полноценное питание. Я рекомендую ввести в рацион побольше молочных продуктов, поскольку в них содержится кальций, который, в свою очередь, является основой человеческого скелета.

— Ну что ж, спасибо, — кивнул князь доктору. — Вас отвезут в Алушту и выплатят оговоренную сумму. До свидания.

— До свидания, — поклонился умный доктор и вышел.

Тенишев уселся в кресло напротив кровати. Княгиня тоже была далеко не дурой, и вышла следом за доктором. Всё, что ей нужно, она узнает вечером, в супружеской опочивальне.

Какое-то время князь разглядывал лежащую в постели Варю Она выглядела неважно: нездоровое осунувшееся лицо, опухшие глаза — видать, плакала. И сама вся молчаливая, потускневшая. Впору пожалеть — как ни крути, всё ж родное дитя. Пожалеть, простить. Тогда и улыбка вернётся, и слёзы высохнут, и выздоровление, глядишь, скорее пойдёт. Но ведь уже было подобное прежде, только с меньшими последствиями. Тогда Владимир Анатольевич прощал любимое чадушко, и спустя максимум неделю все начиналось по новой.

Теперь же девочка чудом уцелела, рёбра не в счёт. Костлявая, можно сказать, плащом коснулась, лишь косой махнуть не успела. А потому — хватит. Что легко прощается, то легко повторяется. Он еще в прошлой своей жизни, будучи простым автогонщиком Стриженовым, эту истину слышал. А с Варей на практике проверил не единожды. Так что теперь дочери предстоит огрести по полной. Тем более, что и убытков от нынешней выходки набирается выше крыши.

Пока Тенишев размышлял, Варя глядела на него и не знала, чего ждать. Обычно после подобных инцидентов отец начинал кричать, яриться, но быстро успокаивался. Накладывал относительно небольшое наказание — к примеру, неделю не садиться на мотоцикл. Или неделю не выезжать на трек. Да и ту неделю зачастую можно было не соблюдать. Сейчас же он молчал, и это было страшно. Наконец, девушка не выдержала.