Самолёт уже убрали под крышу, помощники закрыли и заперли ворота. Оставалось лишь осмотреть аппарат, обратив особое внимание на крепление крыльев, и можно ехать в особняк, отмечать успех. В том, что показ удался, можно было не сомневаться. Андрей видел, как реагировала толпа на его пролёт, и слышал, что творилось после посадки.

— Андрей Егорович! — раздался от входа голос охранника. — Тут вас барышня спрашивает.

— Кто такая? — недовольно спросил Веретенников.

— Говорит, баронесса Вера Соловьёва.

Андрей мысленно чертыхнулся: только этой девчонки ему сейчас не хватало! Но подавил раздражение и отправился наружу, к барышне.

— Здравствуйте, Андрей Егорович, — заторопилась Верочка, едва Веретенников показался в дверях. — Я вынуждена обратиться к вам за помощью, ибо мне не к кому больше идти.

Нынче баронесса не жеманилась, не играла, а вела себя предельно естественно. И, скорее всего, не лгала. Андрей несколько смягчился:

— Какого рода затруднения у вас возникли?

— Мне неловко об этом говорить, но барон Кутайсов…

Андрей скривился от одного имени, совершенно не пряча эмоций.

— Я с вами полностью согласна, — верно истолковала гримасу Верочка. — Я прибыла сюда с ним, на его мобиле, а теперь нет ни его самого, ни мобиля. Я подозреваю, что он просто уехал, оставив меня здесь. И теперь совершенно не представляю, как мне попасть домой.

— Понятно, — кивнул инженер. — Что ж, я вас отвезу. Но мне сперва нужно закончить осмотр самолёта. Вы голодны? Могу предложить последний бутерброд и чашку наполовину остывшего кофе.

Верочка, постелив на какую-то деревяшку чистую газетку, с удовольствием вкушала бутерброд с копчёным окороком. Кофе, хотя изрядно подостывший, был, безусловно прекрасен. Она глядела, как Веретенников, одетый в грязную рабочую одежду, ходил вокруг аппарата, который он назвал самолётом, и щупал, качал, тряс, осматривал рейки, тросы и ещё какие-то детали, названия которым она не знала. Наконец, осмотр закончился. Одновременно закончился и бутерброд в её руках.

Инженер зашел за ширму, и через пару минут вышел уже вполне солидным человеком. Следом за ним Вера пришла на стоянку, к шикарному мобилю. Ничего подобного ранее не встречала. Кажется, красная «Молния» этой задаваки Тенишевой была похуже. Андрей перехватил её взгляд, правильно прочитал вопрос.

— Это премия, — ответил он, — за проектирование и постройку самолёта. Садитесь в мобиль, я хотел бы обернуться поскорее.

— Вы хотите сказать, что сами придумали эту летающую машину? — спросила Верочка, едва они тронулись.

— Не один, вместе в Варварой Владимировной. И его сиятельство немало помог советами.