Авто с венценосной семьей зарулило прямиком к стоящим справа от сарая четырем Добрыням, первенцам российской авиационной отрасли.

— Здравия желаю, ваше величество, — отдал честь авиатор Уточкин, узрев Георгия. — Как здоровье?

— Здоровье в порядке, — на автомате вылетело из него, — а для вас есть настоящее дело — готовы к нему? — строго посмотрел на Уточкина император.

— Всегда готовы, — на том же автомате вылетело из пилота, — что надо делать, излагайте…

— Излагаю, — Георгий вышел из машины и начал свою речь, — японцы официально объявили нам войну, только что. Но первыми начинать боевые действия все же не надо, мало ли как придется потом объяснять это. Поэтому приказываю разогреть моторы и стартовать в направлении японской эскадры, но торпеды не сбрасывать вплоть до особой команды…

— И как мы получим эту команду, ваше величество? — задал вопрос пилот истребителя, удивительно похожего на АН-2 из будущего времени.

— По радио, что непонятного? — сдвинул брови Георгий. — По этому сигналу все Добрыни по очереди сбрасывают торпеды в направлении эскадры Уриу. Первая цель — флагман Асама, в нее надо положить не меньше двух торпед. Все остальное на усмотрение летчиков… вопросы есть?

Вопросов ни у кого не оказалось, поэтому пилоты разбрелись к своим машинам разогревать моторы, а Михаил спросил у брата:

— Можно мне вылететь на это задание?

— Зачем? — не понял Георгий.

— Ну вот у тебя уже есть боевой опыт в двух войнах, на Кубе и в Трансваале, а у меня ни одного…

— Понял, — усмехнулся Георгий, — разрешаю — полетишь с Уточкиным, сейчас обо всем договоримся…

— А я? — тут же раздалось со стороны Николая, — я тоже хочу на войну.

— Давай, брат, не будем класть все яйца в одну корзину, — серьезно ответил ему Георгий, — на твой век войн еще хватит… так что мы с тобой остаемся внизу координировать боевые действия наших войск — понятно?

— Куда уж понятнее, — горько усмехнулся Николай, наблюдая, как на Михаила надевают парашют, а потом он по лесенке забирается на место второго пилота в Добрыню.

Георгий еще подозвал к себе Уточкина и дал ему краткий инструктаж, на что тот дважды кивнул головой и также занял свое место в Добрыне с номером 01 на борту.

— Борт номер один, — на автомате сработало воспоминание у императора, — надо будет запомнить на будущее. Ну с богом, ребятки, — перекрестил он сразу оптом всю эскадрилью, а потом задумался на пару секунд и быстрым шагом добрался до единственного истребителя, представленного здесь.

— Я тоже лечу с ними, — сообщил он Николаю, вернувшись назад, и тут же пресек все возможные возражения от брата, — ты остаешься тут за главного, координируй наши усилия. Взамен я тебе клятвенно обещаю — следующий выход на боевое дежурство будет твоим.