— И что же, я оказался неправ? — спрашиваю без тени обиды.

— Оказались, ваше сиятельство. Мы попробовали создать одно такое экспериментальное поселение, дабы изучить новшество. Из крестьян набрали добровольцев, обещали им полное обеспечение. Знаете что вышло?

— Рассказывайте.

— Через два месяца они начали драться, — вздохнул Болотов. — Кому больше работы досталось, кому меньше, кто получил лучший дом с более удобно расположенным участком. Главное — мужик не принимает совместный труд. Пришлось распустить эту затею. Крестьяне разошлись по латифундиям, а одна семья получила хутор. Никто не жалуется.

Что ж, это нужный опыт. Наверное, просто не пришло время и земледелие требует строго эволюционного подхода, а не революционного. Да и я далёк от сельского хозяйства, честно говоря. Легко размышлять с умным видом, а ты попробуй сделай. Это хорошо, что мне повезло с владением огромной империей внутри страны. К ней я начал добавлять новые узлы, как кубики к пирамиде. Окажись у меня обычное поместье или купеческая лавка, ничего бы не получилось. Думать о попадании в тело крепостного или солдата я даже не хочу.

— Значит, мы выбрали верный путь, — отвечаю собеседнику. — Латифундии и хутора. Тоже неплохо.

— Именно так, ваше сиятельство, — Болотов снова полез в тетрадь. — И знаете, что интересно? У латифундий больше шансов начать приносить прибыль уже через три-четыре года. Там управляющие следят за порядком, соблюдают севооборот, используют лучшие инструменты и обязаны удобрять почву. А на хуторах мужики пашут по старинке, кто во что горазд. Только два семейства прислушались к нашим агрономам, осознав будущую выгоду. Зато хуторяне довольнее. Говорят: своё — оно роднее. Я принципиально запретил управляющим вмешиваться в происходящее. Поговорим, когда придёт время отдавать долги и зайдёт разговор о получении воли. Думаю, большая часть мужиков удивится и проследует в латифундии как бесправные должники. Уже сейчас можно делать выводы, несмотря на отсутствие данных, и — как вы любите — просчитывать ситуацию. Скажем так, латифундия — это получение хлеба в товарных объёмах и развитие новых территорий. Хутор — просто заселение земель. Тамошние жители работают исключительно на собственное обеспечение, продавать большие излишки продовольствия им без надобности, следить за сохранностью почвы они тоже не собираются. Не все, но большинство.

Интересное замечание. Обособленным хозяйствам и даже деревням действительно ничего не нужно. Они производят всё необходимое. Для экономики такой подход просто смертельный. Ситуацию может сдвинуть только рост численности крестьян с одновременным снижением посевных площадей. Болотов верно заметил, что крестьяне безобразно относятся к земле. Такая форма хозяйствования приносит экономике и природе сплошной вред.