После произнесённой речи поручик не удержался от улыбки, атаман так вообще хохотнул. Иванов, как более серьёзный, сохранил невозмутимый вид, хотя на его лице промелькнула лёгкая усмешка.
Угу. Я решил заранее обустроить своё жилище, не зная, чего ожидать на месте. Поэтому Афанасий получил карт-бланш. Дабы местные князьки не лезли в чужие дела, я снабдил его несколькими грозными бумагами, в том числе от главного военного начальника над огромным регионом. По идее, распоряжения графа Панина можно саботировать, но это глупое решение. Младший брат наставника цесаревича отличается повышенной мнительностью и даже мелочностью. Узнай он, что какой-то поручик в Оренбурге не выполнил его приказ, офицера понизят в звании и отправят считать китов на Камчатку. Гражданскую бумажку мне выдал сам генерал-прокурор Сената Вяземский. Попробуй начни чинить препятствия. Смысл в том, чтобы чиновники не мешали. Ведь ежу понятно, что с графа Шереметева необходимо поиметь денег. Но в этом случае лучше поостеречься.
Кстати, поручик пошутил, и мне вообще понравилась реакция офицеров на ситуацию. Но местное начальство точно напряглось, поэтому и принялось помогать. Надо просто представить себя на месте людей в небольших чинах, служащих в медвежьем углу, куда вдруг приезжает новый начальник. Не обычный капитан, а один из богатейших и знатнейших дворян империи, по совместительству друг наследника престола. Здесь волей-неволей забегаешь и занервничаешь.
Но мне нужны хорошие отношения в коллективе. Поэтому я улыбнулся в ответ и последовал далее к центру крепости.
Афанасий молодец! Вернее, найденный секретарём человек. Недалеко от двух неказистых двухэтажных срубов построено подворье, ограждённое высоким частоколом. А ещё новые строения грамотно вписались в местную архитектуру. Здесь получились одновременно и плац, и площадь для сбора населения, с четырёх сторон окружённая большими строениями. Судя по всему, тут расположены все административные здания городка. По идее, не мешает начать тотальную замену деревянных домов на кирпичные, но это позже. Сейчас надо расположиться, выдохнуть и начать брать в свои руки бразды правления крепостью.
— Обучаете личный состав муштре? — киваю на десяток расхристанных бедолаг, которых дрессирует бывалый сержант.
— Солдаты, прикреплённые к гарнизону, прибыли перед самым началом восстания. Тогда не было времени на толковую муштру, а с апреля у нас сплошные походы. Теперь обучаем потихоньку. Офицеров-то кроме нас ещё двое, дел у всех хватает. Прапорщик Иван Афанасьевич Булгаков из местных дворян и подпоручик Константин Никитич Есипов, старожил. Он у нас за квартирмейстера, сейчас в Оренбурге, выбивает положенное довольствие, — сразу объяснил Рязанцев. — А это сержант Юрий Борисов. Он недели через две сделает из бывших мужиков толковых воинов. Ему и похуже поленья попадались. Эти уже «сено — солома» понимают, вернее, «право — лево» и другие команды тоже. Вы не смотрите на внешний вид, у нас недостаток обмундирования и обуви. Вот и приходится гонять состав в обносках. С провизией тоже плохо. Благо пороха и ружей хватает. Так что вверенная вам крепость вполне боеспособна, и личный состав служит исправно. Мы прекрасно понимаем, что нельзя успокаиваться.