У неё это вышло легко. Слишком легко.

Я попытался повторить тот же приём.

Уклониться удалось, но тварь оказалась умнее. Она раскинула руки и всё-таки ухватила меня. Вцепилась — и, удерживая, сумела развернуться ко мне лицом. Мой удар пришёлся не в затылок, а куда-то в ухо.

Заражённого это дезориентировало, и я успел ударить ещё раз — по макушке.

Бесполезно.

Он навалился всем весом, сбил меня с ног, и мы рухнули на землю. Я успел перехватить дубинку двумя руками и сунуть её поперёк ему в пасть. Это и спасло: тварь давила массой, но укусить не могла.

Я барахтался под тяжёлым телом, а заражённый вцепился руками мне в шею. То ли душил, то ли просто пытался вырвать из меня душу — разницы особой не было. Получалось у него и то и другое.

Я уже не понимал, сколько времени прошло, когда внезапно тварь обмякла.

— Эй, там внизу, вылезай уже, — раздался знакомый голос. На этот раз — с явным весельем.

Скинуть тушу у меня не получилось, но каким-то чудом я сумел из-под неё выскользнуть. Синеглазка даже не подумала помогать — просто наблюдала.

Я быстро ощупал себя. Жив. Это осознание пришло не сразу — сначала было только тяжёлое дыхание и звон в ушах. На голове шишка — когда успел получить, так и не понял. Шея расцарапана, будто по ней прошлись сразу несколько кошек, кожа горела, но крови вроде не было. Руки мелко подрагивали, и я с удивлением заметил, что не могу их сразу успокоить.

Запоздало накатила слабость — та самая, мерзкая, когда понимаешь, насколько близко был конец. Я сел на землю, не потому что хотел, а потому что ноги решили за меня. В траве пахло сыростью, гнилью и чем-то ещё — сладковато-грибным, тошнотворным. Наверное, так и пахнет победа в улье.

— Красавчик, ты рано расслабился, — сказала она.

Голос прозвучал неожиданно спокойно, почти буднично, будто не она только что вытащила меня из-под твари, а просто комментировала неудачную попытку залезть на забор.

— Давай, добивай своего, пока он не очухался. Эти твари живучие. Если не прикончить окончательно — встанет.

Я посмотрел на лежащее тело. Оно казалось слишком неподвижным, почти безобидным. Мозг отчаянно пытался убедить меня, что всё уже кончилось, что дальше можно не идти.

— И что делать? — спросил я тупо.

Слова вышли сами собой, без всякой мысли.

— Как что? — искренне удивилась она. — Берёшь свой большой нож и втыкаешь в споровый мешок на затылке. Проткнул мешок — всё. Клиент готов

Я последовал нехитрой инструкции. В момент, когда мой нож проткнул споровый мешок, по телу твари прокатилась дрожь и она затихла.

— Теперь бери другой нож, и выковыривай споран из спорового мешка — Синеглазка протянула мне туристический складной нож. Я расширил отверстие, инстинктивно стараясь не дышать. Как ни странно, споровый мешок не вонял. Оттуда шел насыщенный запах грибов. Засунул в образовавшуюся прореху пальцы нащупал нечто твердое, закутанное во что-то типа паутины. Вытащил свой первый споран и немного даже торжественно продемонстрировал свой трофей девушке.