Он говорил быстро и чётко — словно разговор наконец перешёл в привычное, понятное русло. В деловое. В удобное.

Мне оставили две двухлитровые бутылки: одну с водой, другую — с живчиком.

Из еды — четыре батончика «Сникерс» и пару батончиков мюсли. Не роскошь, но и не пусто.

Напоследок Яра вытащила из рюкзака настоящий спальник. Не какую-то тряпку, а нормальный, плотный, тёплый. Они с Дедом осторожно уложили меня внутрь, стараясь лишний раз не дёргать спину.

К тому моменту одежда уже почти высохла. Я бы даже сказал, что мне было уютно и относительно комфортно — если бы не боль. Она никуда не делась. Просто затаилась и ждала.

Яра задержалась на секунду. Посмотрела на меня — долго, как-то по-человечески, без суеты. Потом наклонилась ближе и прошептала одними губами:

— Прости, Орёл.

Я не ответил. Да и что тут скажешь. Они ушли, растворившись между деревьями. Шаги быстро стихли.

Ну вот и всё. Я остался один. Грустно. С другой стороны, в этот раз мне хотя бы никто не стрелял в ногу. Прогресс, однако.

Два дня я провёл, не вставая. Лёжа. Считая потолок из веток и листьев и пытаясь не сойти с ума от боли. Боялся ли я, что элитник вернётся? Или что появятся эти полумифические внешники? Ни капли. В редкие минуты просветления я, наоборот, ловил себя на том, что жду. Жду, что элитник вернётся и просто… закончит всё это. Быстро и без разговоров. Перспектива умереть и очнуться в нормальной кровати, в нормальной комнате, без этой проклятой боли, казалась пугающе привлекательной. Почти уютной.

Я снова и снова давал себе страшную клятву: больше никогда не покидать город, пока не прокачаюсь до десятого уровня. Меня опять сожрут живьём?

Да плевать. Это не проблема мира. Это проблема планирования. Убил пару тварей в городе — и всё. Дальше вариантов масса. Прыгнуть с крыши головой вниз. Схватиться за провода. Да хоть… В общем, если постараться, способ умереть относительно быстро и без особых мучений найти можно. Главное — успеть. Умереть до того, как стартовый дебафф развернётся во всю силу. Потрачу жизни? Ерунда. Как выяснилось, даже семи жизней для третьего уровня — очень мало. Так что запас у меня ещё есть. Фора, так сказать.

И вот однажды я не провалился в очередную вязкую полудрёму, а просто уснул. По-настоящему. Глубоко. Без боли. А потом проснулся. Я лежал и какое-то время просто смотрел в никуда, не сразу понимая, что именно изменилось. Потом осторожно вдохнул. Глубже, чем обычно. И замер. По привычке ожидая, что сейчас — накроет. Что позвоночник напомнит о себе резкой, тянущей, привычной уже болью. Не накрыло. Я выждал ещё пару секунд, почти не дыша, словно боялся спугнуть это ощущение. Потом медленно пошевелил пальцами ног. Затем — ступнёй. Коленом. Тело послушно откликнулось. Без вспышки боли. Без отката. Без этого мерзкого ощущения, будто каждое движение берёшь взаймы у собственного организма. Я осторожно повернул голову. Потом — плечи. Даже попытался немного прогнуться. Ничего. Сердце стукнуло сильнее. Я резко сел — и только в этот момент понял, что делаю. Я ждал удара. Отката. Наказания за самоуверенность. Но вместо этого было лишь лёгкое головокружение и слабость — обычная, человеческая. Такая, какую испытываешь после болезни или долгого сна. Я рассмеялся. Глухо, хрипло, почти беззвучно.