К полудню пришёл Рейнар.

Не один.

С ним был Савер, двое стражей без знаков Совета и женщина средних лет в дорожном плаще, которую я раньше видела в волчьем доме рядом с архивами. Рейнар оставил всех у порога и вошёл первым, как обещал, без приказа и без резкого движения.

— Совет собирается через час, — сказал он.

У меня руки были в тесте. Я не стала сразу вытирать их. Пекарня пахла ржаной коркой, яблоками и дымом. На столе лежали маленькие хлебцы с серебристыми надрезами, а под печью книга очага была закрыта и перевязана тканью.

— Почему так быстро?

Рейнар посмотрел на Лиссу.

Девочка сразу спряталась за Таю.

— Потому что Лиана утром выступила перед старейшинами, — ответил он. — Она заявила, что ты собираешь вокруг себя меченых детей, нижние дома и недовольных старейшин, чтобы настроить стаю против альфы.

Я медленно вытерла руки о передник.

— Удобно. Теперь хлеб — это заговор.

Гарт, стоявший у двери, буркнул:

— Я всегда подозревал булки в политике.

Никто не рассмеялся. Даже Тима.

Рейнар продолжил:

— Борн поддержал её. Он потребовал временно закрыть пекарню до суда полного Совета и перевести детей в общий приют.

Лисса тихо пискнула.

Тая обняла её за плечи.

— Нет, — сказала я.

— Я отказал.

Я подняла взгляд на Рейнара.

Он стоял у прилавка, мрачный, уставший, с тенью бессонной ночи под глазами. Но голос у него был ровный.

— Борн потребовал голосования старейшин. Савер выступил против. Совет не смог закрыть пекарню сразу, пока книга очага находится здесь и круг активен. Тогда Лиана предложила проверку.

— Какую проверку?

Савер вошёл следом, опираясь на трость.

— Старый порядок, искажённый под новый страх. Если Дом тёплого круга действительно полезен стае, он должен доказать это до полнолуния.

— Полнолуние завтра, — сказал Мир.

Я обернулась. Он стоял возле полки с дровами, очень тихий.

— Да, — ответил Савер. — Завтра.

Тая резко повернулась к нему.

— И как дом должен доказывать? Плясать перед Советом?

— Тая, — сказала я, но сама хотела спросить почти то же самое.

Савер не обиделся.

— Дом не доказывает. Люди доказывают, что готовы признать его пользу. До полнолуния пекарня должна принять всех, кто придёт к очагу добровольно, и никому не причинить вреда. Хлеб должен выйти к общему столу. Дети должны остаться спокойны при свидетелях. Хозяйка должна удержать круг открытым.

— Хозяйка должна удержать круг, — повторила я. — А если кто-то специально устроит так, чтобы круг сорвался?

Рейнар посмотрел на меня.

— Поэтому я здесь.

— Нет, Рейнар. Поэтому ты должен быть там. Если Лиана и Борн уже говорят от имени порядка, тебе нельзя стоять в моей пекарне и выглядеть так, будто ты защищаешь бывшую жену от обиженной невесты.