Все удивленно посмотрели на меня.

— За секунду до крика, разворачиваемся и бежим от него, — я пытался говорить сквозь смех, — чтобы страх нас развернул и направил к нему! В центр! Там нет кислоты!

— Но там он! — возразил Михаил.

— Вот именно! — рявкнул я. — Лучше получить один удар от него, чем плавиться в кислоте! Ким, твоя задача, принять этот удар! Мы все за твоей спиной! Миха, лечи группу, как в последний раз! Бошка, весь свой урон, в него! Шнырь, как только удар пройдет, твоя задача, замедлить его, чтобы мы успели отбежать!

Босс снова начал раздуваться для своего крика.

— ПОШЛИ! — заорал я.

И мы побежали. В разные стороны, сначала от босса, а потом прямо в пасть чудовищу.

Это была самая идиотская тактика, которую я когда-либо придумывал. И она сработала.

Вы подверглись воздействию эффекта [Аура Ужаса].

[Аура Ужаса] ударила по нам, но мы уже были в движении. Наши аватары, визжа от ужаса, развернулись, продолжили свой бег и врезались в ноги гигантского энта. Тот, явно не ожидавший такой наглости, на мгновение замер.

— Мой! — крикнул Ким, и его посох вспыхнул золотом. Он принял на себя всю мощь удара гигантской ветки. Его снесло с ног, но он устоял, погрузившись по колено в землю.

Мы обрушили на босса все, что у нас было. Огонь, сталь, проклятия, боевые гимны. Это была не битва, а свалка. Мы висели на нем, как стая бешеных собак на медведе.

Он снова закричал. Мы снова бросились от него, и снова к нему. Он снова бил, Ким снова держал удар. Мы снова атаковали.

Это был бой. Ужасный, неуклюжий, полный смеха, криков и системных уведомлений об уроне, но он был эффективен.

К концу боя я уже не злился. Я хохотал вместе со всеми. Это была идеальная разрядка. После недель интриг, заговоров, корпоративного давления и скрытых смыслов, абсурдный бой был как глоток свежего воздуха.

Наконец, с протяжным, стонущим скрипом, [Гниющее Сердце Леса] начало распадаться.

Оно не упало, а просто рассыпалось в труху, в пыль, в мириады светящихся спор, которые медленно поднимались к небу, очищая воздух. Фиолетовое свечение погасло. Пульсация земли прекратилась. На поляне воцарилась тишина.

Там, где только что стоял босс, теперь остался лишь большой, заросший мхом сундук и пентаграмма из светящихся рун на земле, которая медленно угасала.

Мы стояли, тяжело дыша, покрытые грязью, слизью и остатками кислоты. И все улыбались.

— Что ж, — сказал Михаил, устало опускаясь на землю. — Это определенно войдет в мою следующую балладу.

Я подошел к сундуку. Внутри было несколько синих предметов. Неплохие поножи для танка, магический посох, пара кинжалов и один странный предмет. Изогнутая, почерневшая ветвь, которая, казалось, все еще слабо пульсировала.