Нас усадили за два сдвинутых стола у окна. Двенадцать человек, по шесть с каждой стороны.

На столе уже стояли два графина с темно-красным компотом, из сухофруктов, со сморщенными яблоками и черносливом на дне. Еще тут были корзинка с хлебом, нарезанным толстыми ломтями, ржаной и пшеничный вперемешку, тарелка с солеными огурцами, и блюдо с зеленым луком, чуть ли не с утренней грядки.

Первым принесли борщ. В огромной кастрюле литров на двадцать, на катящемся столике, рядом стопка глубоких эмалированных тарелок.

Раздатчица в белом халате с косынкой черпала половником, наливала в тарелки по самым краям, с куском мяса в каждой. Борщ насыщенно-красный, с густой свеклой, белыми кубиками картошки, кружочками моркови и большими лепестками капусты. Сверху ложка белой, плотной сметаны и мелко рубленый укроп.

— Вот, ребята. Кушайте на здоровье. У нас своя кухня, мясо с собственного подсобного хозяйства, не магазинное. Сметана с колхоза из Беково, утренняя. Хлеб с нашей пекарни, маслозаводской. Не стесняйтесь, если хотите добавки, только скажите.

Я отломил кусок ржаного хлеба, обмакнул в борщ и попробовал. Густо. Соли в самую меру.

Мяса целый кусок, на косточке, с прожилкой жира. Вчера у дяди Толи был получше, но этот тоже неплох. Очень даже неплох.

Кравцов ел напротив меня, через стол. Не торопясь, по-городскому, выпрямившись.

У него дома, видимо, готовили хорошо он не накидывался на еду, как другие, ел методично. Сашка-длинноногий кушал жадно, шумно прихлебывая, отрывая корки хлеба большими кусками.

Толик-конопатый ел тоже быстро, слегка даже причавкивая. Рядом сидел еще Сенькин из ПТУ, он кушал молча, опустив голову к тарелке. Рукой подбирал крошки хлеба у тарелки.

Другие обедали спокойно, в столовой училища такой же борщ, видимо, пробовали каждый день, потому что не очень-то и впечатлились, приняли как должное.

На второе принесли макароны с мясной подливкой крупные, толстые, фабрики «Сердобская», с подливкой из тушеной говядины, лука и томата. В широких тарелках, чуть ли не по пол-литра подливы на каждую.

К макаронам полагалась толстая, рубленая котлета по-домашнему, в панировке, по одной на брата. И блюдо с соленьями, огурцы, помидоры, квашеная капуста с морковью и тмином.

— Котлеты у нас фирменные, — сказала раздатчица, ставя тарелку рядом со мной. — Шеф-повар у нас Полина Семеновна, она по этим котлетам в области первое место брала на конкурсе общепита в шестьдесят восьмом. С тех пор так и делает, рецепт не меняет.

Я съел котлету. Котлета была и правда вкусная. В Москве двадцать первого века я бы заплатил за такую половину дневной зарплаты, и все равно вряд ли получил бы точно такую же.