— Дай-то бог, чтобы так, а то у меня от этой погоды прямо сердце как-то не на месте, будто смутное что-то назревает, — Агафья Михайловна извинительно улыбнулась. — Это же и на делах наших любых может сказаться, а то и порушить чего-нибудь в посёлке да… на заводской стройке вот например…

— Уверяю вас, уважаемая Агафья Михайловна, что беспокоиться не о чем, подует и уляжется, — уверенно ответил Пуртов. — Это ж как раздражение человеческое от неустройства какого-нибудь повседневного, оно же вроде кажется неприятным, а куда деваться-то, ежели это нам на веку перетерпеть положено, так и с погодой вот всяческой, — Прокофий Ильич вздохнул и погладил свою бороду. — Ну, так чем обязан, ежели не за товаром? О школьных делах мы с вами вроде бы всё наперво обсудили, или может от Ивана Ивановича Ползунова какие новости сообщить думаете, — он как-то хитро, но осторожно посмотрел в сторону Агафьи Михайловны и быстро перевёл взгляд на папку-пакет в её руках. — А вы и правда будто с покупкой уже какой…

— Нет, Прокофий Ильич, это не покупка, — повторила Агафья Михайловна. — И новостей о нашем уговоре по школе у меня тоже для вас пока не имеется, а вот… Вообще-то с пакетом сим я к вам по делу пришла, в прошлый раз как-то к слову не пришлось просто…

— Вы меня совершенно не разъяснили, а даже и совсем запутали, сударыня! — всплеснул руками Пуртов. — Что же за пакет такой, ежели ко мне дело с ним сложилось?

— Мне требуется сей пакет, и вот ещё… — она показала письмо, что было спрятано снизу под папкой-пакетом. — Сие в столицу, по двум адресатам доставить и лично передать надобно… Мне известно, что купеческая почта довольно скора на доставку и вполне надёжна. Так ли это?

— Ну… здесь ведь дело такое… — неопределённо помахал перед собой Прокофий Ильич своей широкой ладонью. — Это же не моя личная почтовая карета такие посылки осуществляет… Это же, так сказать, оплаты требует особой, а ежели скоро требуется доставить так…

— За оплату можете не беспокоиться, — решительно прервала его Агафья Михайловна. — Необходимые средства на сию доставку я вам выделю.

— Ну что же, тогда дело вполне решаемое, — Пуртов осторожно кашлянул в кулак. — Да ведь как раз завтра такая торговая поездка как раз кстати намечается.

— Замечательно. Значит решено?

— Не смею возражать, — усмехнулся Прокофий Ильич. — Тем более, что вы так говорите, что по словам вижу твёрдость вашего намерения, — он протянул руку. — Давайте ваш пакет и письмо, можете не беспокоиться, всё доставят в лучшем виде.

— Благодарю, — Агафья Михайловна передала папку-пакет и письмо, достала из бокового карманчика мягкий кошелёчек и открыв его передала Пуртову пять рублей серебром. — Такой оплаты достаточно будет?