— Отчего же ради шутки, а ежели я тебе его как обучится, то пристрою здесь писчим, а может и кем поболе того. Но это смотря какое разумение покажет, как обучаться будет, да с какой ловкостью письмо освоит.

— Ну уж уволь меня, Иван Иваныч, хоть обиды тебе не хочу составлять, а не пущу пока ни одного из своих. Им на хозяйстве дома и так дела хватает…

— Так я же тебя и не принуждаю, ежели сам надумаешь, так знаешь где меня спросить-то, — похлопал я Фёдора по плечу. — Ладно, давай-ка проверим как у нас здесь всё готово к приезду генерал-майора.

Мы ещё раз проверили установку медного котла, и я понял, что он стоит достаточно надёжно:

— Фёдор, скажи, пускай сюда принесут две гибкие трубы, которые на складе у монахов пускай возьмут, только прямо сейчас.

— Ага, сейчас, я сам сбегаю, — Фёдор выбежал из цеха и через пять минут уже приволок два рукава моего самодельного шланга, — Куда трубы-то эти положить?

— Давай сюда, — я взял один из рукавов и подошёл к котлу.

Внимательно осмотрев детали, я проверил медные трубки, потом посмотрел на рукав шланга в моей второй руке. Да, необходимо было вводить на производстве стандартизацию. Трубки к механизмам парового котла были различных диаметров, но если в данном конкретном случае это можно было объяснить уникальностью самого механизма паровой машины, то дальше это может оказаться слабым местом всей системы.

В случае начала массового производства деталей для этой старой, или для моей новой модели паровой машины, первым делом выяснится, что по всей стране делают трубки кто во что горазд. И это же только трубки! Я посмотрел на клёпки, которыми крепились между собой две чаши медного котла, потом перевёл взгляд на поршни и их поршневые чаши — диаметр клёпочных креплений у котла и поршней различался. Да, стандартизация требовалась вообще всем производствам.

* * *

— Бэр позвонил колокольчиком, вызывая своего секретаря.

— Слушаю, ваше превосходительство?

— Вели коляску подавать, ту, которая открытая вся. Скажи вознице, что на заводскую территорию сейчас поеду, пускай ожидает меня.

— Будет исполнено, ваше превосходительство, — секретарь исчез за дверью.

Фёдор Ларионович встал, поправил форменный китель, надел плащ и фуражку. Уже выходя из Канцелярии Бэр увидел подъезжающую коляску протопопа. Анемподист Антонович спешко спустился на землю и подошёл к Бэру:

— Ваше превосходительство, какая жалость, а я ведь к вам с разговором необходимым направлялся.

— Ну что же, видно отвело вас от сего разговора-то, — Бэр наклонил голову и повернулся к своей коляске, сел в неё. — Извольте, ваше священство, завтра до обеда с разговорами подходить, а сейчас вынужден попрощаться.