— Ты предлагаешь прятаться.

— Я предлагаю доставку.

Лоренс поднял голову. В его глазах, покрасневших от пыли, сразу появился профессиональный интерес.

— Обычный почтовый рейс?

— Не обычный, — ответила Мариса. — Северная станция только получила временную лицензию. У нас есть срочные жалобы, подтверждения получений, список пропавших писем, акты по архиву и несколько мешков, которые обязаны идти в столицу на сверку. Мы поедем как почта. Не как беглецы, не как заговорщики, не как дракон, который идёт ломать двери, а как курьеры, которым нужно сдать корреспонденцию в главную канцелярию.

Финн оживился.

— С мешками?

— С настоящими мешками.

— И с маршрутными листами?

— С полными.

— Я еду.

Беата резко повернулась к нему.

— Нет.

— Да.

— Финн Орс, — сказала она так, что снежная рампа словно стала продолжением её стойки, — ты нужен на станции.

— Я нужен там, где труба бьёт документы в лоб, — ответил он. — Я свидетель. Я принял связку. Я видел обрывок. И я маленький.

Лоренс моргнул.

— Это преимущество?

— В столице маленьких курьеров никто не считает важными. А я буду смотреть.

Мариса хотела возразить. Потом посмотрела на Финна внимательнее. Он был прав. Взрослых будут встречать званиями, подозрениями, родами и старыми делами. Мальчишка с мешком срочной почты мог пройти там, где Тарену Моргарду откроют дверь, но заодно поставят по обе стороны шесть свидетелей и три ловушки.

— Он едет, — сказала Мариса.

Беата сжала губы.

— Ты теперь распоряжаешься моими курьерами?

— Временная лицензия даёт мне право назначать доставку по делу Моргардов и северного тракта.

— А здравый смысл?

— Финн нужен. И он сам это понимает.

Финн выпрямился так, что стал выше на целый вершок.

— Вот. Я нужен.

— Если потеряешь хотя бы одну бирку, — сказала Беата, — я лично пришью её тебе к воротнику.

— Чтобы не потерялась?

— Чтобы ты тоже.

Клара, стоявшая у рампы с ледяной щепкой в руке, вдруг спросила:

— А станция?

Этот вопрос вернул Марису из столичных мыслей в мокрый, пыльный, живой двор станции Крайней. Станция стояла вокруг них потрёпанная, открытая ветру, с разбитым нижним архивом, очередью жалоб, временной лицензией, сотней писем Моргарду и людьми, которые только начали верить, что почта снова может работать. Если они все уедут, Крофт или Вайс ударят сюда.

— Станция остаётся открытой, — сказала Мариса. — Одно окно приёма. Только текущие письма, жалобы и подтверждения. Никаких вскрытий старого архива без нас. Нижний архив опечатать по акту. Мешки, затронутые обвалом, вынести в сухой зал и пересчитать при свидетелях. Все спорные письма Моргардов — в железный ящик или под охрану Тарена, если ящик не вместит. Клара ведёт окно, Берст отвечает за крышу и двери, Беата — за печати и ключи. Лоренс…