— А это вы сейчас по полю прорывались? — обрадовался лейтенант.
— Мы.
— Ловко, — оценил лейтенант. — Корабль‑то повстанцы прямым развалили, перед тем как их силовыми лучами зацепило.
— Как развалили? — переспросил я.
— Напрочь.
Только тут я вспомнил, что в корабле оставались Гвинплей Плант и Илла Сливович. Они то ли не успели выбраться, то ли вообще не намеревались покидать корабль. Я не испытывал сожаления, что они погибли. Оставалось лишь надеяться, что это раз и навсегда. Ведь однажды уже им приходилось умирать на моих глазах.
Лейтенант, козырнув Орлову и слегка поклонившись мне, удалился.
А я уперся взглядом в поразительное существо, передвигавшееся в двух метрах от меня. Оно что-то напомнило мне, и, слегка призадумавшись, я вспомнил. О нем я слышал от ныне покойного майора Розова.
— Странно, чего это глоттты по космовокзалу разгуливают? — удивился Орлов. — Их обычно и пивом сюда не заманишь.
— Почему пивом?
— Очень, подлюки, любят.
— А почему вы их называете полуразумными, неясен корень?
— У них потребности и интересы восьмилетнего ребенка, как у детской, так и у взрослой особи. К тому же они гермафродиты. А мне лично что-то слабо верится, чтобы разумные существа могли быть гермафродитами, — разъяснил Орлов.
До бара мы дойти не успели.
Светильники в вестибюле погасли и зажглись вновь. Зал оказался залит оранжевым мягким светом, который через десять секунд пропал.
— Конец опасности, — объявил Орлов. — Даже пожрать не успели. Купол сняли, так что теперь можем возвращаться к автобусу.
Я голода не испытывал, поэтому легко согласился.
В автобусе пассажиров уже не было. Лейтенант справился с приказом Орлова. Только труп майора Розова, два солдата и шофер.
— Возвращаемся в часть, — распорядился Орлов.
Двери закрылись, и водитель вырулил на трассу.
Машин на дороге не было. Никто не хотел выезжать после воздушной атаки. Боялись повторения прорыва повстанцев. Дорогу со всех сторон обступал лес, изредка проглядывали одинокие домики, окруженные каменным забором.
— И долго продлится вся эта бодяга с повстанцами, серый корень? — осведомился я.
— Да мы могли бы уничтожить их в один присест, если одновременно и массированно ударить, — поделился соображениями Орлов. — Только приказа такого никто не отдает и не отдаст.
— А самим взять инициативу в руки?
— С ума сошел? — капитан уставился на меня как на полоумного. — Приказ должен поступить с Земли. Наши генералы без документа с Земли, или хотя бы устного распоряжения, и пукнуть не смеют.
Орлов замолчал. Через минуту продолжил:
— Был у нас, правда, генерал отчаянный Брукус‑Торчил. Так вот он как-то совершил нечто подобное. Самовольно атаковал всеми силами повстанцев. Через час он был объявлен военным преступником. С Земли вылетела следственная комиссия. Ее возглавил лорд Джудд. В результате генерала приравняли к повстанцам, как государственного преступника, и приговорили к смертной казни посредством выброса в вакуум. Приговор был приведен в исполнение над Амбером. А атака захлебнулась, и мы, в конце концов, вернулись к прежним позициям.