— О чем задумался, старик? — шутливо спросил я, присаживаясь на тренажер лодочку.
— Если ты меня хоть раз еще назовешь стариком, я тебя прикончу, — серьезно пообещал Марк.
— Верю, — согласился я.
— Смотрю я на детей и думаю, зачем я живу?
— Все, — присвистнул я. — Крысобоя понесло. На философию потянуло.
Я не хотел насмехаться. Не любил, когда люди терялись в дебрях депрессии, а ее признаки я уловил в поведении Крысобоя.
— Потянуло, — согласился Марк. — Как у тебя с Ренатой?
— Вроде пошло дело, — неохотно ответил я.
— Знаешь, за что меня прозвали Крысобоем? — неожиданно спросил Марк, оборачиваясь ко мне.
Его суровое лицо, украшенное двумя шрамами, скрещивающимися на левой щеке в виде Андреевского креста, и аккуратно подстриженной бородкой, отросшей за время, проведенное на дне, было наполнено мудрой печалью.
— Я как-то спрашивал тебя, но ты не ответил.
— Я не люблю это вспоминать.
Крысобой взгромоздился на велотренажер и защелкал по кнопкам, выставляя параметры.
— Моя настоящая фамилия вовсе не Крысобой. Но это не важно. Крысобой — прозвище, которое я получил почти шестьдесят лет назад, и оно так плотно приклеилось ко мне, что настоящая фамилия просто затерялась и забылась. Только я помню ее.
Глава 10
Предполагается, что солдат должен спасать свою страну и культуру, однако пока он это делает, его страна и культура успевают измениться и забыть о том, кто сражался ради них.
Джо Холдеман. 11 тезисов военнослужащего Холдемана
— Это случилось в эпоху уличных бунтов. Я был необстрелянный юнец, брошенный усмирять бунтарей.
Маленькая планетка.
Маленькая страна, входящая в состав Федерации Государств Земли. ФГЗ, мать его.
Княжество Атлантида. Князь, избираемый парламентом из числа правящей партии. Уличные кафе, где дни и ночи напролет кипит жизнь, льется рекой пиво и пузатенькие горожане обсуждают политиков, женщин и бизнес.
Платаны.
Фонтаны, журчащие на площадях столицы.
Провинция.
Провинция, которую в один прекрасный день залихорадило, и разбились витрины. Люди ополоумели. Они разнесли фонтаны по кирпичикам. Они врывались в кафе, переворачивали столики и грабили, заливая брюхо дармовым пивом, в то время как хозяин заведения с перерезанной глоткой лежал за стойкой, чтобы не смущать пьющих. Дети, измазанные кровью, слоняющиеся по улицам, с глазами, полными слез и боли. Пожары, охватившие город, пожары на каждом углу. Взрывы. Перевернутые автомобили. И князь, повешенный на центральной площади.
С полицией «Центр сопротивления» расправился быстро. Не помог и гарнизон Земной пехоты, что базировался неподалеку от города. Горожане, среди которых каждый служил в армии, вооружились, сумели занять гарнизон и перебили всех солдат, которые не согласились перейти на их сторону. А перешли почти все. Кому охота погибать?..