— На свадьбу-то придешь? Если не хочешь, я тебя у мамы отпрошу — ты не смотри что она такая гиперактивная, это ее немножко резкое повышение социального статуса испортило, но у меня с ней договориться всегда получается.

— Спасибо, — улыбнулась Вилка. — Но там мне нужно быть обязательно. Приказ.

В пельменной разговор продолжился:

— А ты знала, что песни таскать надо не в Минобороны, а генералу Епишеву?

— Конечно знала, — даже удивилась она. — А ты разве нет?

— Мне-то откуда, — вздохнул расстроенный отпрыск 21 века.

— Я думала ты знаешь, а в Министерство поехал специально — связи наводить, — придала она смысла моему невежеству.

— Полковник полезный? — спросил я.

— Бесполезных не бывает, — назидательно заметила она и сунула в рот курящийся паром, вывалянный в сметане пельмешек.

И жмурится, сука, так мило, что сердечко мёдом обливается. И опять «мёд»! Я его так есть спокойно не смогу.

— В следующий раз, если что-то покажется тебе странным, говори, ладно? — попросил я. — Я не настолько гениальный, каким кажусь.

— Пффф! — прыснула Вилка мне в лицо томатным соком.

Хана костюму. Не удержавшись, слизнул пару капелек, проклиная гребаный спермотоксикоз, пока активно извиняющаяся Виталина вытирала меня салфетками, не забывая как бы невзначай прислоняться бюстом. Или правда «невзначай»?

— Прости, — закончив, в последний раз извинилась она и с виноватым видом уселась на место. — Просто ты кажешься каким угодно, но только не «гениальным». Будто у тебя переключатель есть — от притворяющегося ребенком взрослого к ребенку настоящему. А песни ты вообще словно из головы достаешь, мимоходом, не отвлекаясь.

Как же ты права, ловушка моя долбанная!

Хихикнув, Виталина добавила:

— Я вот представила, как по всему СССР твоя «Белая ночь» отовсюду играет, и никто даже не догадывается, что ты ее сочинил пока трусы стирал!

Прикрыв рот ладошкой, она снова рассмеялась.

Создаем позитивное впечатление на прощание, да?

* * *

Прогулка с Соечкой меня полностью успокоила — любовь жива, здорова и совершенно спокойно берет контроль надо мной, когда мы рядом. Вилка при этом полностью улетучивается из головы. Стало быть — порядок! На Саяке я женюсь — это не обсуждается, мне с ней офигенно спокойно и уютно. Заботится обо мне, шнурочек развязавшийся завязала по собственной инициативе. А пахнет как! Цветочками, а не чем-то прямо куртуазным, как Вилка. Все, совесть малолетнего «ходока» успокоена, и я совсем-совсем не хочу бежать домой как можно скорее сразу после того, как проводил Саяку и немного посидел за чаем с ее родителями — передал красиво заполненное маминой рукой приглашение на свадьбу. Обещали непременно быть — а разве могло быть иначе?