— Нет. Но кое-что вспомнила. — Нада села на пол по-турецки, положив ладони на затянутые робой колени поверх бугров. — А что, если ты — гнев извечного Тумана? — Заметив, что Полина не реагирует на столь меткое предположение, Мара взялась объяснять: — Есть предание о том, что под небылью сокрыты другие миры, совсем иные и очень разные. Некоторые маги, отцы многих сыновей, отчаиваются, и ими завладевает злоба. Они склонны проклинать Туман за свою судьбу. По легенде разгневанный Туман может покарать их, подменив дочь, из рождённых или ту, которой наконец-то забеременеет супруга. Так Туман отнимает самое ценное, чтобы показать, что прогневившему было, чему радоваться прежде: забирает либо мечту, либо единственную ценность.

— Но… что же делать, если это так⁈ — Сердце в груди Полины пустилось в бешеный галоп, а глаза загорелись. Вдруг это действительно не бред, вдруг это чудо? Колдовство? Настоящее, потустороннее колдовство, с которым можно бороться?

Если… можно…

— Во-первых, не нервничай, — тут же отозвалась Мара, — твоё место заняла барышня д’Эмсо, а если человеческие женщины Междуречья что-то и умеют делать, то это — дорожить дочерями. Она позаботится о Юле́, — сказала Мара, сделав ударение на последнем слоге, будто речь шла о старинной детской игрушке. — Во-вторых, прежде, чем что-то предпринимать, нужно проверить эту теорию.

— А как? — сощурилась Полина. — Разве это можно проверить?

— Можно. Но, правда, не в жёлтом доме. По легендам нездешнее существо может зачерпнуть небыль золотой посудой. В руке нездешней золото примет Туман так, что его станет можно переносить, а не растворится в нём. Нездешняя сможет обращаться к Туману. Иногда он отвечает. Конечно, это всё может быть только сказкой. Или выдумкой первого совета Пяти для того, чтобы защитить сыновей от отцовского произвола. История Междуречья полнится ужасными преступлениями, связанными с детьми магов не того пола. Это — бич нашего мира испокон веков.

— Может, я смогу уговорить Вольфганга отпустить меня на улицу? — перебила Полина.

— И подойти к небыли? — хмыкнула нада, покачнувшись на полу. — После того как ты чуть не удавилась рукавом? Об этом все тут судачат. Я бы на такое не рассчитывала.

— Но ведь я могу доказать, что не сошла с ума! Можно предложить обвязать меня верёвкой. Или ещё как-то обезопасить! Разве стану я топиться, если появилась надежда⁈

— Доказывать ничего так и так нельзя. Если собранный Туман кто-то узрит, он растает, и нездешняя уже никогда не сможет обратиться к небыли за помощью. Золотую чашу следует прятать и беречь как зеницу ока. Так гласит старая легенда. Или сказка, — на всякий случай добавила Мара, обеспокоенно глянув на Полину. — Не впивайся в это клешнями. Ты можешь разочароваться слишком сильно.