И ещё один — плотный, чуть рыхлый с виду штатский господин с таким безобидным лицом, что именно ему в этой комнате и следовало бояться больше всего. Он не представился сразу. Просто сел, открыл папку и начал читать так, будто уже заранее не верил ни одной строке, но собирался использовать их все.

Шестой фигурой оказался человек из министерства внутренней безопасности Канцелярии. Не высокий, не низкий, не красивый, не уродливый — как и полагается людям, которых государство выращивает на роль умного инструмента, а не публичной вывески.

Эстор закончил читать первым.

Положил выжимку Ардора на стол.

— Вот теперь у нас уже не рисунок, — сказал он. — У нас хребет, причём с ручкой для вынимания.

Ингро кивнул.

— Допросы подтверждают низовой внутренний пробой на батальонном уровне. Реват — средний операционный слой. Мевор — региональный координационный узел. Сольм — министерский доступ к окнам и маршрутизации. Это уже не теория. Это конструкция.

— И очень неприятная, — добавил Ирталь. — Особенно если вспомнить, что батальон Таргор-Увира не столичный парадно-похоронный полк, а один из тех участков, где граница, серый экспорт и военная логистика соприкасаются особенно тесно.

— То есть, — тихо сказал господин с безобидным лицом, — сеть росла не в глубине кабинетов, а на стыке государства и теневой практики, что, в общем, и делает её особенно опасной.

Генерал сложил руки на столе.

— Вопросов у нас два. Первый: брать ли Сольма немедленно. Второй, кто такой «Ахор», если его знают и транспорт, и силовой оператор, и региональный координатор.

Ответил не Ингро и не Эстор, а именно тот тихий господин, которого до сих пор толком не ввели в разговор.

— Сольма брать нельзя, — сказал он. — Ни в коем случае. Если он действительно в таком узле, как описывает батальонный командир, то его исчезновение раньше времени приведёт к одному результату: верхний слой закроет все окна, перережет каналы, спишет часть людей в расход и уйдёт в настолько глубокую тень, что потом полгода будем ловить только пыль. Нам сейчас нужен не их испуг. Нам нужно их рабочее тело.

Ингро чуть скосил на него глаза.

— Что скажете по линии Ахора?

— Пока только одно: это не чистый чиновник. И не чистый куратор от чужой разведки. Слишком много слоёв сразу. Такие фигуры обычно стоят на стыке капитала, доступа и политического лоббизма. Человек, способный разговаривать и с министерством, и с транспортом, и с частными деньгами, при этом не пачкая руки на низовом урвне.

Эстор тихо добавил:

— То есть либо очень опытный аппаратный игрок, либо кто-то из тех, кто давно живёт между домами, министерствами и теневыми фондами.