— А жаль, — буркнул Хирс. — История получилась воспитательная.
— Ничего, — ответил Ардор. — В Гилларе её и так оценят. Лично. По спискам убытков.
Обратно шли уже на пустом подвесе и с очень приятным чувством качественного ответа на вражескую подлянку. На востоке поднималось солнце, война шла своим чередом, а на товарной станции Арлала гражданские ещё долго будут вспоминать, как прилетели злые егеря, навели страх и ужас и исчезли как призраки.
[1] РАВ — ракетно-артиллерийское вооружение.
Глава 17
Это только со стороны кажется, что с высоты генеральских погон можно положить на всё и на всех, ходить по штабам как по собственной гостиной, шевелить армии одним движением пальца и не оглядываться ни на чьи интересы. На деле же никто в армии — включая министра, и даже самого короля — не может позволить себе такой роскоши. Любая сложная система держится не на одной воле, пусть даже очень сильной, а на компромиссах, взаимных уступках, старых договорённостях, долгах, страхах, амбициях, личных симпатиях, ненависти и точном понимании момента. Стоит хоть одному из этих механизмов выпасть, и начинается не свобода воли, а обыкновенный бардак. Сначала — тихий, после — дорогостоящий, а в финале — кровавый.
Командующий Корпусом егерей генерал Корвос никаких иллюзий по поводу собственного всемогущества не строил уже очень давно. Да, когда-то в молодости, когда на плечах ещё не лежало столько мёртвых, бумаг, обязательств и чужих надежд, он и мог позволить себе мыслить прямолинейно: приказал — сделали. Но те времена закончились задолго до его нынешнего кабинета, до нынешнего кителя и до текущего количества людей, улыбавшихся ему в лицо и желавших от всей души если не смерти, то уж точно провала.
У Корвоса хватало друзей, давних товарищей по службе, людей, обязанных ему карьерой, спасённой шкурой, вовремя подписанной бумагой или умением в нужный момент прикрыть их от высокого гнева. Но ровно так же хватало и противников. Причём не всегда открытых. Были и такие, кто, не отрицая его заслуг, считал, что генерал слишком усилился, вольно распоряжается ресурсами, подозрительно часто выигрывает споры, возмутительно тянет одеяло на егерей. Существовали старые армейцы, презиравшие «лесных охотников» за независимый нрав и особые условия службы. Имелись штабные крысы, которым поперёк горла стояло всё, что не укладывалось в табличку, график и чинную логику линейной армии. Ну и просто завистники — люди, всегда особенно чувствительные к чужому успеху, если сами они всю жизнь двигались по службе осторожно, как улитка по склону.