Спросил я и про возможно хранящиеся во дворце или других зданиях ценности, которые можно будет использовать для найма строителей и закупки всего необходимого для восстановления города. Но тут Тобиас меня разочаровал, сообщив что все запасы золота, «истинного серебра» мифрила и чёрного железа ещё при жизни были отправлены им правителю Туранского горного царства Валинору Второму. Ведущему войну царю требовались огромные средства на оплату труда бесчисленных наёмников, на закупку оружия у подгорных дварфов и на подарки драконам Хребта Владык, которых царь щедрыми дарами пытался переманить на свою сторону.

С драконами не вышло, крылатые исполины отказались встревать в чуждую и непонятную для них войну между людишками, так что горы золота были потрачены царём зря. Не всё было гладко и с дварфами, как рассказал мне немёртвый собеседник, и некоторые кланы бородачей откровенно обманули царя, взяв предоплату, но оружие и доспехи так и не предоставив. Это было странно, дварфы обычно кичились своей честностью и даже не подписывали договоры на бумаге, полагаясь на данное слово. Но кланы Дубощита и Крепкой Ладони нарушили данное ими слово, похоже решив, что дни человеческого Туранского царства сочтены, никто никогда не придёт требовать долг, а обман не раскроется.

Взбешённый Валинор Второй тогда рвал и метал, давил на всех своих наместников и требовал от них всё новых и новых поставок золота и ценных металлов. Но поток торговцев с началом войны иссяк, некому стало платить пошлины, казна западного заслона опустела, и однажды случилось неизбежное: наместник Тобиас Одиннадцатый не сумел выполнить приказ государя. В письме наместник постарался подробно объяснить ситуацию, но всё равно через пару седьмиц получил от Валинора Второго бархатный свёрток с роскошным кинжалом — за былые заслуги царь сделал ему подарок, предложив уйти из жизни самостоятельно, дабы избежать позорной казни на эшафоте.

Тобиас Одиннадцатый суровый приказ исполнил, но перед этим сделал кое-какие приготовления, благо всю свою жизнь изучал некромантию и неплохо в ней разбирался. Через несколько лет очнулся уже в виде злобного тёмного духа и снова возглавил западный заслон, обе стены которого к тому моменту уже были пробиты, а население сократилось в пять раз и состояло уже преимущественно из нежити. И уже в таком бестелесном виде много лет руководил обороной города от полчищ агрессоров с запада и востока, за счёт убитых врагов пополняя собственную армию, пока в какой-то момент противники неожиданно не закончились, и никто больше не тревожил западный заслон.