— Да нет же! Честно говоря, я тогда и внимания не обратила. Ну пишет и пишет! А теперь-то думаю: это же неспроста! Ведь…

— Ведь он что-то хотел сказать! Поведать письменно. Так? Похоже на то.

Меня слегка залихорадило — в хорошем смысле. От азарта, от предчувствия близкой развязки.

— Похоже, — кивнула она. — Вообще, знаешь, я ведь уже отвыкла от родного дома, три года в общаге…

— Ты это к чему?

— Да к тому, что забыла кое-какие отцовские повадки. Надо же! Вот опять только сейчас вспомнила: он это делал, когда что-то обдумывал. Привычка такая.

— Стоп! С этого места подробнее: у Ипполита Семеновича есть привычка думать письменно, если я правильно понял?

— Можно и так сказать. Если сильно задумается, может сесть и писать. Как бы помогает себе. Чиркает, перечеркивает. Если честно, пишет безграмотно, но это понятно, образование у него…

— Ну, это понятно, — кивнул я, вспомнив слова Кондратьева о войне.

Мы уже почти дошли. Вечер быстро подступал к ограде коттеджного участка, погрузил в полумрак кусты вишни и смородины, и запах вечернего сада, позднего лета овевал нас.

Аэлита забренчала связкой ключей, отыскивая нужный:

— Где же он?.. А, вот.

Мы ступили на крыльцо. Девушка открыла дверь:

— Проходи. Есть хочешь?

— Не откажусь, — скромно молвил я.

— Сейчас разогрею. Котлеты, картошка жареная — годится?

— Вполне, — я скинул туфли, прошел в дом, где ощущался уютный, теплый дух хорошего, здорового жилья. Уютно. Хозяйка порхнула в кухню, загремела посудой. Зашумела газовая плита.

Я же решил с места в карьер взяться за дело.

— Аэлита!

— Да?

— Где отец где писал этот трактат?

— Да вот в той комнате, — она указала взглядом. — Можно сказать, это его рабочий кабинет.

— Я посмотрю с твоего позволения?

— Ты думаешь найти эту запись?

— Как минимум попробовать надо.

Она размышляла несколько секунд.

— Ну хорошо. Попробуй.

И я шагнул в кабинет. Совсем маленькая комнатка. Письменный стол, лампа, стул. Кровать. Старинная, массивная, из цельного дерева. Ковер на стене. Тоже мощный, огромный, с густой шерстью — все это вещи из эпохи, когда все делалось из натуральных материалов. При одном взгляде на ковер казалось, что он весит килограммов тридцать, если не больше.

Мысль моя закрутилась в нужном направлении.

Та-ак… Где прячут лист? В лесу. Древняя мудрость. Смысл: сперва ищи самое простое, даже примитивное решение. И только если оно не привело к результату, ищи что-то более сложное.

Огляделся. Стол, ага!

Тоже, подобно кровати и ковру, заслуженный, дубовый, с места не сдвинешь. Две могучие тумбы по три выдвижных ящика в каждом. Ну-с, по порядку: слева направо, сверху вниз…