Остальной детский сад тоже был тут. И три воспитательницы — тоже.
— Вальтер-сенсей? — удивлённо посмотрела на меня Математичка. — Это же Конеко-кун у вас на руках, да?
— Он самый, — кивнул я и бросил Звезданутого на пол. — Итак, у меня хорошие новости. Бомба, что могла уничтожить всю Японию, должна была взорваться минуту назад, — я взглянул на часы. — На мёртвых мы не очень похожи, значит, спасение страны прошло успешно, — почти буднично отчитался я. — Наш Звёзд… то есть, Конеко-кун, был заодно с террористами и охранял бомбу. Пришлось его отравить, пока он кичился своей невероятной способностью, — снова посмотрел я на Шпиона. — Старосту класса «А» оставляю под твою ответственность, Шпион. Он эспер, так что не советую недооценивать. В идеале, лучше каждые тридцать минут бить его по голове, чтобы не просыпался. Ну или накачивать лекарствами, чтобы мыслить здраво не мог. Способность жуткая — проснётся, нас всех порешает, — пояснил я.
— Вы серьёзно⁈ — недовольно вскочила Спортсменка. — Может, он и провинился, но он ещё ребёнок.
— Аргумент уровня: «может, я тебя и насилую, но зато с любовью», — закатил я глаза. — Как думаешь, в суде прокатит?
— Какой вы… чёрствый… — вынесла свой вердикт Доктор.
— Губкой войны не выигрывают, — пожал я плечами. — Да и свою черствость я проявляю только в крайних случаях. Обычно я вообще каблук. Можете любую из моих четырёх рабынь спросить, — добавил я.
Пока мы говорили, я и Шпион не сводили глаз со Старосты. Мы оба понимали: единственный фактор, сдерживающий её, — это я. Не как человек или учитель, а как источник обещания.
Я пообещал, что изменю всё. Всю эту страну… нет, весь Научный мир.
Но сделаю это только после того, как помешаю им всё разрушить.
На шее Старосты красовался ошейник. Если она попытается что-то сделать или применить способность, её ударит током. Она — сильный эспер, и вряд ли это полностью остановит использование сил. Но главная задача ошейника — перегрузить мозг. Стоит ей попытаться применить способность — она умрёт. Такие ограничения мы на неё наложили. К сожалению, смерти она не боится и готова пожертвовать собой ради дела. Просто хочет верить мне. Хочет увидеть мир, где эсперы живут так же счастливо, как обычные люди.
Вряд ли сейчас она попытается сопротивляться, понимая, что её смерть ничего не изменит. Но стопроцентной уверенности нет.
Шпиону я дал «пульт» от ошейника. Если Староста вдруг решит сделать глупость… он должен будет его отключить.
Нам со Шпионом глупые смерти моих учеников ни к чему.
Убедившись, что Шпион понял мои указания насчёт Звезданутого, я вернулся обратно на вражескую территорию через кол в своей комнате.