Ага. Я думал — клуб или кураторство. На, держи оба! А сверху ещё и работу психолога. Почему бы и нет?
— Раз на то пошло, может, вы меня ещё и охранником поставите? — зло глянул я.
От уважения, которое я испытывал к ней в начале разговора, не осталось и следа.
— О, отличная идея! — загорелась она. — Но думаю, тебе и так придётся недосыпать, чтобы всё успеть, так что, пожалуй, я тебя пожалею, — смилостивилась она.
И как мне при таких условиях искать то, что я даже не знаю, где и как искать?
— Ну и что за класс «F»? — всё же спросил я. — В школе ведь нет никакого класса «F». Только от «А» до «Е».
— Поспрашивай, Вальтер-кун. Думаю, любой ученик или учитель тебе подскажет, — улыбнулась она.
Я развернулся и, громко хлопнув дверью, ушёл. Потом вернулся под предлогом, что забыл скрипку, и ещё раз хлопнул со всей силы. С третьего раза, когда я «зашёл спросить», мне наконец удалось вырвать эту дверь из петель.
Значит, эта бабуля решила заставить меня вкалывать? А у неё, похоже, бубенцы чугунные. Посмотрим, сколько она меня выдержит.
* * *
Пожилая женщина со смешанными эмоциями смотрела на упавшую дверь. Она и сама не знала, радоваться ей или печалиться, что этот человек оказался с таким… сложным характером. Поэтому лишь невесело усмехнулась.
Судя по его взгляду, совсем скоро эта школа утонет в событиях. Может, и не стоило его оставлять?
«Нет», — покачала головой женщина. — «Это единственный способ спасти его».
Школа «Сакурадзай» была воплощением идеи. Руми Кусуми не лгала, говоря, что главное для неё — подготовка детей к взрослой жизни. Но «дети» не ограничивались учениками. Эта школа создана не только для тех, кто должен встретиться с ужасами жизни, но и для тех, кто уже встретился с ними… и оказался сожран, пережёван и выплюнут.
— Этот мальчик… — женщина потянулась к папке и открыла её. — Он слишком рано повзрослел… нет, ему пришлось повзрослеть… — тихо прошептала она, и на её лице появилась нежная улыбка. — Будем надеяться, что эта школа ему поможет.
* * *
Глава 6
Первое впечатление — вещь важная. По изначальному плану я должен был быть милым и добрым учителем со странной тягой к музыке. Что будут делать ученики, как они это будут делать и будут ли меня слушаться — мне было неважно.
Что ж, план пошёл по дороге в тартары, и теперь придётся импровизировать.
— Да вы издеваетесь, — дёрнулся у меня глаз, когда передо мной предстал «корпус» моего класса. — И эта карга ещё будет мне втирать про заботу об учениках⁈
Зрелище было так себе. Старый дом, пусть и довольно большой, но случайно не туда ступишь — проломишь пол и сломаешь себе шею.