Правда, это было особое измерение. Оно было напрямую связано с реальным миром.

Пространство сложилось в линию, и я вышел в кабинет. Тот самый, где появлялся уже много раз. Стол. Кресло. Окно с видом на бесконечный город, который жил, как будто всё хорошо.

За стеклом — рассвет. И человек в кресле.

Директор. Последний из Пантеона. Я специально не стал его убивать. Впрочем, в этом и не было смысла. Он, наверное, самый слабый из них. Особенно теперь, когда Ковчега Душ не стало.

Он выглядел уставшим. На нём была та же форма, только воротник распущен, галстук сбит. Волосы поседели. Он просто сидел и смотрел в окно. Совсем не удивлен моему появлению.

Ждал меня.

За прошедшее время он стал популярен. Наверное в мире не найдется человека, который о нем не слышал бы. И его любят все. Признают и уважают. Очень многие с радостью отдали бы за него жизнь. Отчасти это эффект моего навыка. Но не меньше в этом виноват и сам Директор, который сделал много всего хорошего.

Но сейчас он понимает, что его ждет.

— Вот как ты решил это сделать, — сказал он, заметив меня.

На его лице улыбка — слабая, почти неживая.

Я молчал.

Он не обернулся.

— Я знал, что ты придёшь. — признался он. — Не знаю, интересно ли тебе это, но выслушаешь последние слова слабого человека, который просто хотел выжить? — спросил он. — Не волнуйся, я не тяну время, и не устроил ловушки. Просто… хочу, чтобы хоть кто-то знал правду. Ну и пожить подольше. — усмехнулся он, и повернулся в мою сторону.

— Я и не волнуюсь. — пожал я плечами, садясь напротив. — Если мне станет скучно, я просто закончу это.

— Спасибо. — искренне поблагодарил он меня. — Я ведь, по сути, даже не был тем, кем ты думал. Ни Нострадамусом, ни Директором. Все эти личности я забрал у других людей. Нас всех объединяло разве что одно — склонность лгать. Впрочем, ты и так это знаешь.

Мне оставалось только кивнуть. О его судьбе я был осведомлен еще в тот момент, когда поставил руну.

— Обычный мальчишка. Родителей убили монстры. Я тогда был ещё ребёнком. В подвале. Один. И когда стены начали рушиться, ко мне пришёл Ковчег Душ. Сказал, что спасёт, если я сделаю ради него кое-что. Потом еще. И еще.

Он усмехнулся.

— Забавно, да? Всё это время я просто цеплялся за жизнь. Старик, который притворялся кем-то большим. Но на самом деле просто боялся умереть. Возможно, я остался тем самым ребенком. Не повзрослел даже на один день…

Я подошёл ближе.

— В этом нет ничего плохого, — сказал я спокойно. — Мы все лжем себе, что выросли. Я — тоже.

Он засмеялся тихо, с хрипотцой.

— Тогда выходит, мы с тобой одинаковые. Только тебе повезло чуть больше.