Но все это не более чем софистика. Важно другое…

— Надо тебя проверить, — пробормотал я. — Насколько же ты силен?

[Конечно надо. Ты же не можешь просто взять и не устроить проверку боем своего

Z

-рангового покемона.]

— Это называется «ответственный подход», — лениво парировал я. — А не моя вина, что Вселенная подсовывает мне подходящие цели. Что, если я доверюсь миньону в критический момент, а он окажется слишком слабым?

[Ты его ауру видел? Вероятность того, что он окажется слабым — 0.0000001%, и это я еще округлил в большую сторону.]

Я усмехнулся.

— С моей удачей — это непозволительно много. — пожал я плечами.

[Да ты просто хочешь пафосно постоять в стороне, пока кто-то другой сражается за тебя!]

— Ой, да много ты знаешь. — закатил я глаза.

Так-то он прав… но если я не признаюсь, то кто докажет?

* * *

Следующее измерение встретило меня агрессивно.

Даже без сканирования было понятно: мир живёт в постоянном конфликте. Воздух дрожал от остаточной энергии, словно здесь недавно прошла война… или она всё ещё шла, просто на другом уровне.

Почва под ногами была серо-чёрной, словно выжженной до самой сути. Небо — мутное, с багровыми прожилками. Пространство ощущалось плотным, вязким.

— О, — протянул я. — Тут кто-то явно не любит гостей.

[Зато любит сильных противников. Ставлю что угодно: через минуту на тебя что-нибудь выпрыгнет.]

«Ставлю твой язык», — хмыкнул я.

Я не успел сделать и десятка шагов, как пространство сломалось.

Не разорвалось, не треснуло — именно сломалось, как хрупкая конструкция под неправильным углом нагрузки. Из искажённого разлома вышло существо: Гуманоид — высокий и худой. Слишком худой. Его тело казалось вытянутым, как тень, натянутая на неправильную форму. Вместо лица — маска из света, в которой не было черт, лишь вращающийся символ.

Я напрягся.

— Z-ранг, — тихо сказал я. — Но не полноценный.

[Полуконцептуальное существо. Еще пара тысяч лет, и, наверное, закончит эволюцию. Но недооценивать его не стоит.]

Существо повернуло голову — и я почувствовал, как что-то попыталось переписать меня. Не тело и не энергию.

Сам факт моего существования.

— Оп-па, — пробормотал я, делая шаг назад. — А вот это уже невежливо.

Враг атаковал первым.

А я думал — это мое право, как гостя. А тут какой-то гад выходит и сразу нападает. Даже поговорить не попытался.

Мир вокруг меня начал стираться. Не разрушаться — именно стираться, будто кто-то проводил ластиком по реальности.

Я мгновенно активировал защиту Вечности, удерживая себя в состоянии «было — есть — будет». Но даже так давление было неприятным.