— Хорошо, шестьдесят. Тридцать вперед.
— Шестьдесят и десять вперед. А то знаю я вас!
— По рукам.
Глава 18 Северный ветер
Всего через два часа полета на «рейсовом» бомбардировщике DC-2 в сопровождении четырех «кобр» советники обалдевали от авиабазы в Йанере. Там их изо всех сил приветствовали капитан Идальго и его вечный спутник Петро, а еще через час Пабло и Паблито познакомились с Дуррути.
Машина остановилась у широкой лестницы, пятеро часовых на верхней площадке отсалютовали мне сжатыми кулаками, а вот советников не пропустили, пока не примчался дежурный и не оформил пропуска.
— Ого, у вас тут серьезно! — дернул щекой Пабло.
— Стараемся. Проходите, не стойте.
Несмотря на холодный ветер с Бискайского залива, окна в большой клубной комнате распахнули настежь, иначе с табачным дымом не справиться. Здоровенный модельный стол, на котором год назад ребятня и заводская молодежь собирали модели планеров, застелили склеенной из двух десятков листов топографической картой. Чтоб не сдуло, ее прижали грузиками — уж чего-чего, а металлических обрезков на тракторном, то бишь уже танковом заводе, хватало.
— Добрый день, товарищи! Это наши советники, полковник Пабло Фриц и капитан Паблито, прошу любить и жаловать!
— ¡Hola compañeros! ¡Buenos dias! ¡Hola! ¡Salud! — посыпались приветствия.
— ¡Salut! — тряхнул руки приезжим Дуррути и с широкой улыбкой добавил: — I forca al canut!
В задних рядах прыснули.
* ¡Salut I forca al canut! — традиционное каталонское пожелание здоровья и силы в продолговатом предмете. Формально — в цилиндре для хранения монет, неформально — в мужском органе.
— Товарищи все равно пока не понимают, но попрошу от шуточек воздерживаться.
— Не понимают? А! ¡Rusos! — и тут же из всех углов понеслось: — ¡Viva Union Sovietico! ¡Viva Stalin!
Дуррути при последней здравице сморщился, а я подвел советников к столу:
— Ну что же, коли вас раскусили, можно сразу приниматься за планирование. Хосе, введи товарищей в курс дела.
— Для начала расскажите, какими силами вы располагаете, — вопреки несколько застенчивой интонации, Пабло вполне решительно раздвинул собравшихся и продвинулся к карте.
— У нас в ополчении, — начал Дуррути, — около пятидесяти тысяч человек, к ним два регулярных полка, в мятеже не участвовали.
— Не густо… И вы точно считаете, лучшего времени не будет? — повернулся полковник ко мне.
— Хосе, давай перейдем в комнату поменьше, здесь сквозит.
Действительно, весь дом буквально народный — не протолкнутся. Во всех отделах комитета полно людей, в самых диких сочетаниях военной и гражданской одежды. Командиры, муниципалы, просители и делегаты колонн с вечными требованиями — бойцов, патронов, винтовок, пулеметов, орудий, танков, пайков, самолетов, грузовиков и черта лысого в придачу. Счастье, что для парагвайской экспедиции пришлось создать отдел логистики, он-то и принял на себя почти всю тяжесть снабжения Северного фронта. Без малого половина управленцев Grander Inc перекочевала в Комитет, некоторые разрывались между обороной и заводами, не давая им остановиться. Рабочие-то во множестве ушли в ополчение, а продукцию вынь да положь! В цехах осталось старшее поколение, женщины и свежие выпускники училища, которых приходилось чуть ли не за шкирку удерживать от бьющего через край желания удрать на фронт.