Значит, самое время качнуть ее и здесь. И для этого сохранение независимой Абиссинии выгодно. Опять же, это хороший шанс заявить о себе. Но что конкретно делать? Вот вопрос…

Есть и другие причины для размышлений. Не вызовет ли это осложнений с Германией и ее союзниками? Хотя, такие ли уж они союзники? Рим всегда смотрел на сторону, заигрывая одновременно с Парижем и Лондоном, в пику Берлину и Вене. Так что небольшая порка, устроенная заносчивому дуче в Африке, не вызовет у них отторжения. Максимум, заявят официальный протест.

Вопрос в том, как эту самую порку устроить? Как бы ни слаба была Италия, у нее имеется довольно внушительная армия и достаточно серьезный воздушный флот. Справиться с ним будет непросто. Хотя рейдеры делали и не такое…

Впрочем, пока все это лишь игра ума. Сашка права, хватит с них приключений. Вот вернуться домой, он доложит обо всем царю, и пусть Александр сам решает, нужно сюда встревать или можно ограничиться небольшой партией оружия для свободолюбивых негров. Ну и приватиров можно подтянуть. Заработать они никогда не отказывались, а денежки у негуса водятся.

Пока он так размышлял, они вернулись на яхту, поужинали и отправились спать, не подозревая, что это последняя мирная ночь Аддис-Абебы.

Противник пришел в предрассветных сумерках. Нападение получилось практически идеально точным. При иных обстоятельствах этому рейду наверняка нашлось бы место во всех учебниках по тактике воздушного боя.

Подобравшись к столице Эфиопии, ударная группа из трех итальянских корветов, возглавляемая лидером[1] «Condottieri», зашла со стороны едва проглянувшего на востоке солнца. Тихо и почти незаметно они снизились на тысячу метров, точно рассчитав точку выхода на боевой курс.

Могучие винты кораблей молчали, обеспечивая надежную маскировку. В ином случае гул от их работы оповестил бы противника об приближении воздушных кораблей заранее. Этот прием был освоен военными летчиками после того, как все интересующиеся авиацией изучили знаменитый прошлогодний бросок «Бурана» в полностью блокированную столицу Кореи. Тогда капитан Зимин, набрав ход, отключил ходовые двигатели и почти бесшумно прошел по глиссаде, работая только ГДК, запитанными от мощных бортовых батарей, прямиком на взлетку авиабазы «Драконьей горы» в Сеуле.

Вот и сейчас итальянские борта шли на пределе загрузки, в их трюмах и грузовых отсеках были уложены сотни тонн тяжелых авиабомб в четверть, 250, 500 и даже 1000 килограмм каждая. Боезапас каждого орудия главного калибра также был обеспечен по максимуму, в основном осколочно-фугасными снарядами. Они шли, готовясь устроить Аддис-Абебе огненный ад, уверенные, что без особого труда смогут подавить слабое ПВО противника.