— Калечить детей, как великий князь Николай Михайлович, я в любом случае не стану, — пожал плечами Март. — В остальном положимся на природу.

— Кстати, ты ошибся с титулованием. Княжна императорской крови Кира Кирилловна не высочество, а светлость.

— От меня не убудет, а ей приятно, — отмахнулся Колычев.

— Как знать, — покачала головой Саша, — что придет в голову представительнице клана Кирилловичей. Семейка еще та…

— Пусть их. Завтра покинем Берлин и отправимся к Боденскому озеру. Говорят, там очень красиво.

— И совсем рядом заводы Цепеллина.

— Совместим полезное с приятным…

— Да, совсем забыла, ты скажешь принцессам об их потенциале?

— Как ты узнала? — удивился Март, — ты что, научилась читать ауру?

— Нет, милый, я не гросс, чтобы настолько проникнуть в сущность Дара. Зато я неплохо изучила тебя. Так что если решишь от меня что-нибудь скрыть, тебе придется постараться.

— Буду знать, — хмыкнул он, но тут же привлек к себе и, осыпая поцелуями, принялся уверять, что ему нечего скрывать от своей возлюбленной.

— То-то же! — наставительно заявила Саша. — Но ты мне не ответил.

— Даже не знаю, — вздохнул муж. — Немцы повернуты на евгенике, и если я сообщу об этом Вильгельму, то одному Богу известно, что выкинет этот германский шовинист. Есть немалая вероятность испортить девушкам жизнь, а мне бы этого не хотелось.

— Вот я и говорю, в первую очередь надо сообщить им… хотя нет, достаточно одной Цецилии.

У Марта от пребывания в Германии сложилось некое двойственное впечатление. Одновременно явно стремящейся к процветанию и развитию цивилизованной державы, и некой почти явственно ощутимой провинциальности. Вот такой парадокс. Может, тому способствовал опыт из будущего, на фоне которого все технические достижения немцев смотрелись, мягко говоря, прозаически и даже забавно, или то, что Второй Рейх являл собой не столько сконцентрированные мегаполисы, каковыми уже давно стали Петербург и Москва, а небольшие, уютные города и даже городишки, к примеру, Швайнфурт и Вюрцбург, которые они посетили мимоходом, по достоинству оценив древние красоты старых рыночных площадей перед ратушами, башни с часами, университет пятнадцатого века в Вюрцбурге и огромные кирпичные корпуса заводов в Швайнфурте. Католические соборы всех стилей и эпох от готики до рококо, могучий замок Мариенберг на горе, дворец епископа, мост с каменными фигурами святых через реку Майн и винной лавкой, продающей вино со знаменитого местного виноградника.

Но больше всего здесь ощущалась некая растворенность эфира. Всякий раз привычно выходя в «сферу», он почти не отмечал яркие ауры одаренных на многие километры окрест, кроме его собственной команды. Также мало у немцев было и амулетов. Вероятно, по той же причине — мало одаренных, нет необходимости постоянно заботиться о защите. И от этого появлялось, может быть, обманчивое ощущение силы и доступности всего вокруг. Стоило только сосредоточиться и послать мысленный приказ…