Уходящие вперёд по курсу эскадры «Яки» быстро истончались в узкие силуэты, сохраняя меж собой тесный интервал — крылом к крылу, чтобы в любом случае поддерживать меж собой визуальный контакт — выход на цель предполагал полёт «вслепую», когда противник мог укрываться в облаках. Лучшей тренировки — отработать информационное и боевое взаимодействие с постами наведения и целеуказания крейсера, как перехват вполне себе уязвимого самолёта-одиночки, для пилотов не придумаешь. Особенно если знать, что впереди ждут серьёзные драки с превосходящими силами двух тяжёлых авианосцев англичан.

Отягощаться лишним звеном в цепочке радиокоманд — непосредственно через диспетчера-контролёра «Чапаева» или КП флагманского линкора, никто по разумению смысла не видел. Там лишь внимательно слушали эфир, не вмешиваясь. Управление полётом велось напрямую с командного пункта «Москвы».

Для боевых расчётов крейсера вывести истребители на где-то идущего в облаках разведчика особой сложности не представляло. Электронно-вычислительный комплекс корабля обрабатывал данные РЛС по пяти координатам: курсовой угол, дальность, высота, курс и скорость цели, по тем же параметрам обеспечивая автоматизированное наведение перехватчиков.

Рации у пилотов стояли на приём, радиомолчание «нарушал» оператор, выдавая указание на пеленг, дистанцию и эшелон.

— Растрезвоним в эфире, на коротких волнах, — слушая его бубнёж, обронил Скопин.

— По всем признакам прохождение радиосигналов скверное, — осторожно парировал командир БЧ-7, находящийся тут же на ГКП, — может статься до Исландии дойдут лишь обрывки.

— Может статься, — выделил недовольно кэп, — на патрульной лоханке тоже могут гонять шкалу на приём, слушая в широком спектре.

Траектория выхода на цель «рисовалась» из соображений потребности пилотов атаковать противника с хвостового ракурса, так им было удобней, привычней, без оглядки на оборонительное вооружение вражеского самолёта. Опять же, бортовая РЛС «Каталины» «смотрела» вперёд.

В боевом информационном центре на планшете воздушной обстановки выводили две линии: плавные галсы разведчика и «кривую погони» перехватчиков, уже подходивших к рубежу атаки. На экране РЛС засечки цели и пары истребителей, слившихся в единую метку, неотвратимо сближались. Скорость схождения варьировалась в пределах ста пятидесяти километров в час.

— Цель — 600 метров впереди, эшелоном ниже на 100, — поневоле заводился напряжением оператор, диктуя в эфир данные, — сближение! Сближение 500 метров! 400! Он перед вами!

Пилот «Каталины», вынужденный держаться под сплошным ковром нависающих облаков, поджимался к самой их нижней кромке, стараясь выдерживать насколько можно высотный обзор.