Я подошла ближе.

— Что с ним?

Старуха возилась у стола, растирая в глиняной ступке что-то сине-зеленое. Не обернулась даже.

— Где-то пакость нашел, — проворчала она. — Глупый мальчишка. Будто не учили: не твое — не подбирай. А рана свежая, это всегда слабое место.

Я не поняла, о чем она, к ране присоединилась инфекция? Но переспрашивать не стала.

Старуха набрала мази на пальцы и подошла к Рику. Я смотрела, как она втирает ее в раны. Запах был резкий, землистый, с кислинкой. И казался очень знакомым. Я принюхалась и поняла где встречала его. В пакете с завалявшимся куском хлеба. В прошлой жизнь…

Основным ингредиентом странной мази явно была плесень.

Вдруг старуха замерла. Повернулась ко мне, прищурилась. Желтые глаза прошлись по мне. Не как по человеку, а будто сквозь меня.

— Что там у тебя? — спросила она требовательно.

— Где? — не поняла я.

— В кармане. Я чувствую.

Я похолодела. Мешочек. Я сунула его в карман после того, как Кларисса ушла, и так и ходила, уже привыкнув к головной боли.

— Покажи, — велела старуха.

Я не стала спорить. Достала мешочек, протянула ей. Рискованно, она могла обвинить меня в темном колдовстве. Но интуиция твердила, что старухе можно довериться. Да и руки, если честно, действовали быстрее, чем я успела принять решение.

Старуха забрала мешочек, понюхала, поморщилась. Потом развязала узелок, высыпала содержимое на ладонь. Когти, ягоды, корешки, волосы.

— Поганая магия, — сказала она негодуя, и пошла к очагу.

Я хотела остановить ее — вдруг пригодится как улика? — но она уже бросила мешочек и его содержимое в огонь. Пламя лизнуло ткань, содержимое вспыхнуло, запахло горелой шерстью и чем-то сладковатым, приторным.

— Место такой магии в огне, — старуха вытерла руки о фартук. — Не носи больше такое.

Я кивнула, что тут еще скажешь.

Старуха вернулась к Рику, продолжила втирать мазь.

— А это что? — спросила я, кивнув на горшок.

— Лекарство, — буркнула старуха. — Не всякую заразу обычными травами выведешь. Эта из земли берет силу. Там, где сыро и темно, растет.

Я посмотрела на раны Рика. Они уже начали светлеть на глазах. Должно быть, магия какая-то?

— Где искать? — спросила я. Такое чудо-средство мне бы очень пригодилось.

Старуха бросила на меня быстрый взгляд.

— Там, где сыро, темно и место кровью пропитано. Только учти: не для всякой хвори оно. Для тех, у кого две ипостаси.

Она кивнула на Рика.

— Как он.

Я посмотрела на оборотня, на его раны, которые уже начали светлеть на глазах.

Две ипостаси. Человек и зверь. Если ранен зверь — обычные травы не помогут.

Корвин — дракон. Тоже две ипостаси.