Ничего не сказав, Надя только коснулась плеча, где дрожала голограмма. Шер на миг стала теплее. Никто из них не был один, пока они были вместе.
Они двинулись дальше.
Прошли ещё с полсотни шагов. Надя споткнулась – под сапог подвернулся особо острый обломок. Иркалла тут же оказался рядом.
– Устала?
– Немного. Но я в порядке.
– Давай понесу.
– Ого! – Шер тут же ожила. – Змеёныш предлагает транспортные услуги. Это прогресс. Я бы на твоём месте согласилась. Он так плавно идёт, будешь как в гамаке.
– Я сама, – Надя слабо улыбнулась. – Но спасибо.
Впереди, в дрожащем мареве, проступал барьер. Он поднимался над землёй огромным полушаром – полупрозрачная плёнка, переливающаяся, как мыльный пузырь. Сквозь неё смутно угадывались очертания построек, но стоило всмотреться – и картинка расплывалась, словно мираж, которому нет дела до смотрящих.
– Это оно? – тихо спросила Надя.
– Да, – ответил Рейвен. – Граница. За ней – земли Осквернителей.
– Или то, что от них осталось, – добавила Шер уже без улыбки.
Барьер колыхался, маня и пугая одновременно. Где-то там, за этой дрожащей плёнкой, скрывались ответы. И новые вопросы.
Глава 9 За барьером
Барьер дрожал. Он ворчал. Это был низкий, утробный звук, который не столько слышался ушами, сколько отдавался в груди, заставляя зубы ныть, а кости – вибрировать в резонанс. Казалось, сама земля под ногами жалуется на что-то невыносимо древнее и уставшее. Стоило поднести ладонь ближе, как поверхность шла частой дрожью, а по ушам ударял глухой, рокочущий гул – будто кто-то огромный ругался сквозь зубы на неизвестном языке.
– Что ты там про координаты говорила? – спросила Надя, отдёргивая руку. Кончики пальцев покалывало, как после прикосновения к ядовитому.
– Я не помню, – Шер сжалась до тусклой броши на плече – крошечного рыжего пятнышка, в котором едва угадывались знакомые черты. – Не смотри на меня так, драконище. Я, между прочим, о скалу ударилась. Амнезия у меня. Но точно помню – где-то здесь, – последние слова она произнесла с нажимом, но этот нажим вышел каким-то жалким.
Рейвен и Иркалла обменялись взглядами. Дракон смотрел с мрачной иронией – не осуждая, просто принимая задержку как данность. Он уже усвоил: Шер делает что может. Иногда этого хватает. Иногда – нет.
– Где-то здесь должны быть ловушки вроде той, что сбила вашу капсулу. Но они молчат. То ли выдохлись, то ли пеший след не распознают. А может, – он помедлил, – может, Гавани уже всё равно, кто приходит. Надо радоваться, что дошли, – негромко заметил Рейвен.
Иркалла мягко и пружинисто шагнул ближе к барьеру. Он не касался его, лишь склонил голову набок и втянул воздух – долгим, глубоким вдохом, который, казалось, проникал в самую суть вещей. Его ноздри дрогнули.