Рейвен дёрнул плечом, сбрасывая наваждение. Он не нашёлся что ответить – даже себе.
– Выдвигаемся, – только и сказал он.
Глава 13 На этот раз – навсегда
Архив прятался не в башне – башня сама была Архивом. Или была когда-то. Теперь от неё остался вросший в скалу остов: тёмный камень, остекленевшие сколы и свежие следы драконьих когтей. Верхние ярусы практически обвалились, плиты перекрытий громоздились друг на друге, как рассыпавшаяся колода карт. Перед башней лежала просторная каменная проплешина, клином уходящая влево, к развалинам. Справа её подпирала осыпь, и там же громоздились оплавленные остовы ловушек, что ещё вчера плевались огнём.
Они вышли на площадку цепочкой. Иркалла по привычке двигался первым, хвост скользил по каменной крошке, пробуя каждый шаг. Надя шла рядом, но на полкорпуса позади – так, чтобы в случае чего оказаться между нагом и драконом. Молчаливая, сжатая внутри, но снаружи спокойная. Рейвен замыкал, спиной чувствуя пустоту площадки. Капсула висела сбоку, зелёные глаза за прозрачной панелью смотрели вперёд, на стену.
Они подошли вплотную.
– Попробую тут, – буркнула Надя и приложила ладонь к холодному камню.
Дар молчал. Кокон с глазами не показывал ничего. Дверей не было.
– И что теперь? – негромко спросила она.
Никто не успел ответить. Со стороны развалин послышался топот. Низкий, нарастающий стук, от которого каменная крошка под ногами пошла дрожью. Он приближался.
Из-за развалин вылетела лошадь. Можно было бы сказать – та самая, с короткой бронзовой шерстью, которую они оставили пастись у валунов, но ту сожрали. Глаза этой были бешеными, упряжь волочилась по камням, телега подпрыгивала на осыпи. Она неслась прямо на стену.
– Это же… – начала Надя, но договорить не успела.
Лошадь врезалась в стену с размаху. Удар вышел глухим, мощным – каменная крошка брызнула во все стороны. Иркалла рванул Надю на себя, Рейвен шагнул вперёд, закрывая обоих. Часть стены просела, пошла трещинами и с глухим рокотом обвалилась, открывая дыру. Лошадь, оглушённая, замерла на подгибающихся ногах, но, кажется, осталась цела.
Следом, запыхавшиеся, выбежали Орвин с посохом, за ним – несколько охранников, Рэна и Лийя. Караван подтягивался.
– Жива, жива, – пропыхтел Орвин, хватая лошадь под уздцы. – Цела, дура, – и, чуть сбавив голос, погладил её по храпу.
Рейвен обернулся, оглядел проход и лениво протянул:
– Даже делать ничего не пришлось. Дверь нам открыли.
– Лбом, – добавил Иркалла.
– Какая разница чем. Вход есть. А существо то полезное. Многофункциональное. – Он посмотрел на лошадь с уважением. Правда, та, в этот момент, слегка косоглазила и точно не оценила комплимент.