Мион. 66,5 килограммов.

В зале стало так тихо, что я услышал собственное дыхание. Даже те, кто секунду назад орал о вранье, замерли, уставившись на цифры.

— Элиас, — начал было глава дома Вейран, но герцог поднял руку. Все умолкли. Даже главы великих домов.

— Скажи, Каэль, — герцог Элиас повернулся ко мне, — ты знаешь, сколько всего добывается миона в год?

Я молчал, потому что понятия не имел.

— Сто двенадцать килограммов, — ответил он сам. — В год. По всей империи. Это средняя цифра добычи миона за последние пятьдесят лет. Каждый грамм добывается кровью. Каждый килограмм — это десятки, если не сотни погибших. И сейчас у тебя в контейнере находится половина того, ради чего дом Вейран отправляет на смерть тысячи своих воинов ежегодно.

Я переварил информацию. Половина годовой добычи империи. Новость хоть и была шокирующей, но не такой, чтобы выбить меня из колеи. Я уже успел привыкнуть к тому, что Гиперион-7 подбрасывает сюрпризы.

— Мне нужна «Омега-12», — произнёс я, и мой голос прозвучал на удивление спокойно. — Да и всем «Малышам» подобное не помешает. Ради этого я и добывал мион. Что делать с остатками — решайте сами.

— Решайте сами, — повторил герцог, и в его голосе послышалась что-то похожее на одобрение. — Что ж, решать нам действительно придётся.

Повисла пауза. Все ждали, кто первым заговорит. Кто осмелится претендовать на мион. Глава дома Вейран не выдержал первым:

— Мы отправляем флот в Гиперион-7, — заявил он. — Немедленно. Я не могу допустить, чтобы с мионом что-то произошло. Это стратегический ресурс империи.

Стратегический ресурс. Красиво сказано. А по сути — банальная жадность. Шестьдесят шесть килограммов в одном месте. Такого не было никогда.

— Флот — это хорошо. — Герцог Элиас всё ещё думал. Его металлические глаза светились ярче обычного, и я понял — личностная матрица работала на полную мощность, просчитывая варианты. — Генерал Астериан, обеспечьте сохранность миона до передачи дому Вейранов. Каэль, — он перевёл взгляд на меня, — боевой меч придётся сдать.

Лишь «Призрак» помог мне устоять на ногах. Слова герцога вырвали из меня стержень, превратив в безвольную груду мяса. Соларионы забирают боевой меч. Тот самый, которым я прорубился через пожирателя. Которым расчищал завалы на форпосте. Который стал продолжением моей руки за те несколько дней, что я им владел.

Я открыл рот, чтобы возразить, но герцог продолжил:

— Тебе хватит одного боевого меча. Второй останется в доме Соларионов, чтобы перейти в руки достойного. Также оставляю тебе контейнер предтеч. — Он окинул взглядом зал. — Полагаю, никто не будет возражать, что этот удивительный юноша заслуживает права владеть двумя артефактами предтеч?