Ухмыляюсь понимающе.

— Ну да, конечно. Таких мелких развилок в каждом дне моей жизни по несколько штук. Но то же самое можно сказать обо всяком человеке, разве нет?

— Вот именно! — она поднимает к потолку указательный палец и глядит на меня со значением. — О том и речь. Вместо того чтобы проживать чужую, скучную жизнь, лишая людей и без того микроскопического шанса воспользоваться ею, чтобы закалить и отшлифовать собственный дух, можно просто собирать алмазы, которые валяются в пыли под ногами. Их там столько, что и пыли-то не видно… Всякий человек — ходячая сокровищница, кладбище дивных сюжетов, которые, увы, не станут даже достоянием небесных писцов: вряд ли кто-то из них пишет Книгу Несбывшихся Судеб.

— Вы хотите сказать…

Я начинаю понимать, к чему она клонит. Голова кругом от таких перспектив. Неужели?..

— Неужели такое возможно? — спрашиваю вслух.

— Есть еще один Знак, — мягко говорит женщина. — Кроме древнего Знака, который дает нам возможность ускользнуть от власти времени, есть второй, который позволяет преодолеть границу между сбывшимся и несбывшимся. Я, как вы понимаете, намерена передать его вам — а зачем бы еще нужна была наша светская болтовня?.. Но учтите, в этом деле может быть лишь один подопытный кролик — вы сами. А если потом, паче чаяния, захотите продолжать — что ж, возможно вас утешит тот факт, что ваши развлечения никому не причинят вреда. Напротив, лишь окончательно и бесповоротно расставшись с собственнымнесбывшимся , человек получает уникальный шанс прожить жизнь во всей полноте. Он будет, можно сказать, безупречен — не в поступках, а в восприятии. А все егонесбывшиеся судьбы останутся в вашем распоряжении навсегда. Очень удобно: вот, к примеру, внешность и прилагающуюся к ней личность можно менять хоть по дюжине раз на дню. Отличное, между прочим, развлечение! Но, как вы сами не раз говорили своей ученице: пока не попробуешь, не узнаешь… Вы готовы попробовать?

— Не знаю, — говорю. И после долгой, томительной для меня самого паузы, снова: — Не знаю.

На самом-то деле все еще хуже. Ладно бы, просто «не знаю». По правде сказать, я ощущаю сейчас настойчивое шевеление давно позабытой вожжи под хвостом, неописуемое искушение не блеять нечто вежливо-невразумительное, а замотать головой, сказать: все это чрезвычайно интересно, да-да, но, на мой вкус — ерунда, дикость, глупость, чушь; был бы под рукой словарь, я бы еще больше синонимов подобрал, все вымороченное богатство русского языка призвал бы на помощь по такому случаю, не сомневайтесь.

И ведь не мне бы отмахиваться, негодуя, от подобных предложений; уж кому-кому, а не мне, о да. Но здравомыслие вдруг, ни с того ни с сего, на миг возобладало над привычкой принимать на веру всякую причудливую фантазию, подкрепленную мало-мальски наглядным чудотворством. Разум мой словно бы очнулся от долгой спячки и сдуру спросонок решил заняться делом, взять в свои руки разболтанные рычаги управления хозяйским бытием. И сейчас он возмущенно вопрошает: ну вот как, как можно — не просто вообразить, но прожитьнесбывшуюся судьбу?! То, чем занимаютсянакхи , — ну да, с точки зрения рядового вменяемого наблюдателя, такой же бред метафизический, но мне-то, — верещит разум, — понятно, в чем состоит разница. На то оно инесбывшееся , чтобы не случиться никогда, ни для кого, ни с кем.Откуда оно возьмется; даже так:куда я стану подглядывать? Где эта улица, где этот дом, где эта бездонная щель между двумя воплями бессмысленного, но трепетного органического мяча, чье дело — катиться себе да катиться по желобку, по своей единственной и неповторимой траектории, от первого сокрушительного пинка — к финальному удару, а, если называть вещи своими именами, от одной тьмы к другой тьме.